Книга Закон и Честь!, страница 96 – Максим Шторм, Андрей Северский

— Очень, очень приятно, — Элен попыталась улыбнуться. Но у неё вышла только жалкая попытка. Пухлые губы никак не желали складываться в нужную форму, и потому у девушки получилась унылая гримаска, исказившая её хорошенькое лицо. — Спасибо, Джек. Спасибо. Я не забуду того, что ты для меня сделал.

— Пустяки, — отмахнулся мальчишка. — Пойдём, что ли? Так и быть, я от своих слов отказываться не собираюсь. Я говорил тебе, что доведу до дома? Ну и куда нам идти?

Элен несколько оторопело указала рукой направление.

— Вон туда, в ту сторону. Видишь, там улица поворачивает направо? Тут меньше полумили. Кстати, а как это у тебя получается так шустро перескакивать с одного на другое? Извини, но я не всегда успеваю уловить ход твоих мыслей.

Спунер довольно ухмыльнулся:

— Не ты первая, кто мне это говорит. Пошли, подруга! Не бойся, думаю, если ты объяснишь своим хозяевам всё, что с тобой приключилось, никто и не посмеет тебя отчитывать за потерянную корзину и не купленные вонючие помидоры. Деньги то при тебе, не потеряла?

Испугано вздрогнув, Элен сунула руку в недра сумочки. — Фу-у-х, хвала Святой Марте, всё на месте!

— Ты поаккуратнее с деньгами, — по-дружески посоветовал Джек, не моргнув и глазом. — А то и не заметишь, как какой-нибудь карманник обчистит тебя до нитки. Знала бы ты, сколько ворья шастает по улицам, тихий ужас. Поверь мне, я знаю, о чём говорю!

Джентри вернул опустевший цилиндр в приёмный отсек и дёрнул за рычаг. Цилиндр тотчас умчался по чугунному каналу пневмопочты, соединявшему центральное управление Империал-Ярда с особняком миссис Монро. Развернув скрученный в трубочку листок бумаги, Джейсон бегло пробежался по убористому машинописному тексту. Если кратко, то в нескольких ёмких и конкретных предложениях Вустер советовал своему подчинённому с утра завтрашнего дня приклеиться к Гордону Крейгу как банному листу до одного места. Видите ли, у учёного на завтра назначена встреча в центральном управлении ОСУ, и он должен добраться туда целым и невредимым во чтобы то ни стало!

Поморщившись, как от зубной боли, Джентри подошёл в полыхающему жарким пламенем камину, и бросил послание в огонь. Разумеется, текст был зашифрован, но бережённого бог бережёт. Настенные часы пробили восемь вечера. За окнами давно сгустились плотные вечерние сумерки, принеся с собой прохладу и сырость. В гостиной витали ароматы смолистых дров и просачивающихся с кухни запахов готовящихся яств. Этот сукин сын Крейг каким-то непостижимым уму образом умудрился очаровать вечно подозрительную Джульетт, и теперь она, напевая под нос фривольные песенки своей юности, хлопотала у плиты, стряпая грандиозный ужин, дабы побаловать «дорогого мистера Крейга». Фу-у-у…

Сейчас, в облачённом в домашний халат и тёплые тапочки молодом человеке с умиротворённым выражением на лице, расслабленно восседающем в кресле, трудно было признать грозного инспектора отдела по расследованию убийств Джейсона Джентри. Собственно, на работе Джейсон всегда старался быть более жёстким и суровым, предельно сосредоточенным и собранным. Дома, закрывая за собой двери, Джейсон словно снимал маску и превращался в другого человека. Напряжённое выражение лица смягчалось, суровые складки в уголках рта разглаживались, а взгляд серо-стальных глаз оттаивал. Под крышей особняка миссис Монро он становился самим собой — вполне заурядным молодым человеком тридцати лет, похожего на состоятельного повесу, непонятно почему коротающего вечера в компании милой старушенции.