Книга Власть закона, страница 46 – Максим Шторм, Андрей Северский

— Готова поспорить, что я не первая, кому вы говорите это, — Элен решила идти ва-банк. Только так, напором и наглостью, не пасуя пред авторитетом и положением стоявшего напротив неё импозантного мужчины в тёмно-сером фраке, она сможет выбраться из той трясины, в которую угодила. Элен была готова на всё, лишь бы никогда более не ощутить на своём теле изворотливые похабные пальцы Аткинса.

— Разумеется, нет, — врач белозубо улыбнулся и, подавшись вперёд, доверительно сообщил: — Я говорю эти слова каждой красивой девушке, что производит на меня самое положительное впечатление. А вы, мисс Харт, как раз одна из таких. Вы в моём вкусе, милочка. Я запомню вас. И, надеюсь, что когда-нибудь мы ещё встретимся. И поговорим. За бокалом вина. Как вы на это смотрите?

Элен со крипом сжала горлышко бутылки и произнесла, чеканя каждое слово:

— Доктор Аткинс, сэр, я не хочу выглядеть грубой, но вынуждена сказать, что ваши желания в корне расходятся с моими. В конце концов, у меня есть жених, с которым в скором времени я обвенчаюсь.

Идти, так до самого конца, да? Ну а врать, так напропалую.

— Мисс Харт, — Аткинс довольно сощурился, с разгоревшейся в глазах жадностью разглядывая Элен. — Что-то мне подсказывает, что вы бессовестно лжёте. Бьюсь об заклад, что ваша невинная девственная щёлка ещё не знала мужских ласк и не испытывала проникновения… хм, вы понимаете, о чём я!

Элен не нужно было глядеть в зеркало, чтобы понять, что её щёки заалели двумя переспелыми арбузами. Лицо залило жгучим жаром, а низ живота противно заныл. Господи, как же всё это унизительно! Выслушивать, будучи не в состоянии дать сдачи.

— Или же вы забавляетесь под одеялом с собственными пальчиками? — ухмылка Аткинса становилась всё противней.

Сколько бы Элен ни храбрилась, но после каждой язвительной реплики психиатра, пробирающей до самого дна, глаза её становились всё мокрее и мокрее. Вскоре девушка ничего не осталось, как беспомощно захлопать ресницами, смаргивая выступающие слёзы. Элен ощутила себя пастушкой из сказки, угодившей в ловушку к злобному горному троллю. Кухня Гиллроев стала пещерой, а доктор Аткинс чудовищем. Не хватало одного прекрасного принца для пущей правдоподобности. Чтобы он спас её из лап безнаказанно глумящегося монстра. Но Элен ни питала пустых иллюзий. В этом доме ей помощи ждать неоткуда. Под сводами особняка Гиллроев отродясь не водилось прекрасных принцев.

И вот, когда сглатывающая слёзы Элен уже приготовилась удариться в панику, спасение не заставило себя долго ждать. Правда, она и думать не смела, что в роли спасителя, то бишь столь ожидаемого прекрасного принца окажется… Стефан.

Белокурый юноша бесшумно появился из-за спины плотоядно улыбающегося психиатра и радостно завопил тому на ухо:

— Стефан напугал доктора Аткинса!!!

Абрахам Аткинс, светила медицины и директор Мерсифэйт, подпрыгнул на добрых два фута. При этом видок у него был, по мнению Элен, ещё тот! Как будто импозантный врач получил в зад хороший заряд соли. Аткинс судорожно развернулся, впиваясь в по-идиотски ухмыляющегося Стефана взглядом изголодавшегося тигра. Элен поспешно, перехватив бутылку левой рукой, мазнула судорожно сжатым кулачком по щекам, вытирая скатившиеся слёзы. Не хватало ещё, чтобы Стефан увидел её ревущей, с досадой подумал девушка, испытывая ни с чем несравнимое облегчение и чувство безмерной благодарности к умственно отсталому пареньку. В эту минуту она была готова зацеловать Стефана до полусмерти.