Онлайн книга «Воин Ордена»
|
Я спустился в десантный отсек, одетый как во время вылазки в туннели, с тощим мешком нехитрых пожиток за спиной. Капитан Кречет лично пристегнул страховочный трос к моей портупее и проверил исправность лебёдки. Тут же оказался сержант Корнедуб, с любопытством заглядывая в открытый люк. — Что-то не вижу я особого ажиотажу, — протянул он. — Никто даже не соизволил выскочить во двор. Хотя в окнах вроде и мелькнул кто. Мда… При Алексашке, царствие ему небесное, такого не бывало. А тут приходи и бери голыми руками! — Слова-то какие знаешь, старый ты конь, — пробурчал Кречет, ещё раз придирчиво осмотрев трос. — Ажиотажу… И слепому понятно, что мы свои. Нас то ещё, поди, издалека рассмотрели. Так к чему лишний переполох поднимать, да и кому? Счас в поместье нашего везунчика совсем негусто. Или ты ждал, что его ковровой дорожкой и пышными букетами встречать будут? — Не его, а нас, — не унимался Корнедуб. — Да ну тебя козе в трещину, Федька, задрал уже! Ну всё, рядовой, считай, что твоя увольнительная началась. Чтоб ровно через неделю был в Цитадели. Опоздаешь хоть на один день, лично явлюсь за тобой и пинками погоню пешком всю дорогу до Лютограда. Понял? — Так точно, господин капитан! Поморщившись от моего голоса, Кречет потянул за рычаг лебёдки, а я, махнув им напоследок, ступил в развёрнутую под ногами пустоту. И вновь ощутил уже знакомое чувство свободного падения. За мной с негромким визгом разматывался трос, а я, придерживая его затянутыми в перчатки руками, неторопливо спускался вниз, к раскинувшемуся подо мной замощенному растрескавшейся брусчаткой внутреннему двору. Вскоре я оказался как будто стиснут со всех сторон башнями, могучими стенами, древним камнем, а потом мои ноги, спружинив, коснулись земли и я торопливо отстегнул карабин. Втянув трос, «Икар» медленно набрал высоту и полетел прочь, далее на восток. А я… А я, снедаемый жадным нетерпением и любопытством, с резко вспотевшими ладонями, повернулся к выходящей во внутренний двор двери, на вид очень крепкой, окованной железом, с массивным врезным замком. Возвышающиеся вокруг стены погрузили меня в колодезную прохладу, заслоняя от скатывающегося к горизонту летнего солнца. Вот я и дома. И, более не раздумывая, уверенно, с трудом сдерживая порыв сорваться на бег, зашагал к двери. Я представил, как выгляжу со стороны. Высокая широкоплечая фигура, затянутая в кожу и кольчугу, с мечом и кинжалом на поясе и мешком за спиной. На коротко остриженную голову наброшен капюшон, из-под которого настороженно зыркают стальные глаза. Худощавое, словно вытесанное из камня, небритое лицо, пружинящая лёгкая походка бывалого путешественника. Что обо мне подумали те, кто наверняка видел через окна замка, как я опускаюсь вниз? Узнали или нет? Насколько сильно изменился покинувший кров два года назад наследник Бестужевых? Сейчас узнаю. Взявшись за массивную бронзовую ручку двери, потянул её на себя, тут же поразившись толщине полотна, после чего переступил через порог, прикрыв дверь за собой. Я оказался в небольшом зале, с каменным полом и высоким потолком. Аркообразные узкие окна, забранные железными прутьями, впускали внутрь остатки гаснувшего дня. Кое-где по стенам были развешены масляные светильники. С центральной балки потолка на железных цепях опускалась крестообразная свечная люстра. Обстановка в целом была довольно скромной и не прихотливой. Ни дорогих картин, ни ковров, ни мягкой мебели. То ли потому что эта комната являлась по сути черным ходом, или же в силу неприхотливости в обиходе обитателей замка, то ли из-за того, что моя семья действительно испытывала финансовые трудности. |