Книга Воин Ордена, страница 117 – Максим Шторм, Дейлор Смит

В ответ раздался звенящий как стальной швартов, удерживающий корабль в шторм, голос управляющего:

— Наследника и дворянина? О да, ты всё правильно говоришь — не гоже так родных встречать. Однако ж у меня вопрос народился, наследник… Скажи мне, как так получилось, что ты имя собственной сестры забыл? Алиса успела мне шепнуть, что ты немножко как не в себе вернулся… Ходишь с таким пришибленным видом по имению, как будто впервые тут оказался! Её ни разу даже по имени не назвал. Вот и решил я тебя проверить, наследничек… И что же? Ты купился со всеми потрохами. А теперь я снова спрошу. Кто ты такой, и почему настолько похож на сына моего давно умершего друга⁈ Или что ты?

У меня в голове взорвалась атомная бомба, не меньше! Япона мать… Ну это ж надо так встрять! А сеструха-то совсем не проста оказалась, совсем… Ох и лиса! Лиса-Алиса. А я впрямь попался в хитро расставленный капкан, как пацан сопливый. И что теперь? Лепить очередную сказочку про избранную потерю памяти? Угрожающий мне ножом человек, не раздумывая, прикончит меня, скажи я сейчас что-то не то. Примет меня за мимикрирующую под человека иномирную тварь и прикончит. Но, как ни странно, несмотря на всю опасность ситуации, мой родовой символ молчал. И тут меня ошпарило. Грифон! Мой Родовой знак, ну конечно.

— Дядя Игнат, я безоружен. И я тот, кто я есть. Я не оборотень и не ведьмин колдун, хитростью и обманом проникший сюда под маской Алексея Бестужева. Мой Родовой знак, на спине.

Громко засопев, Игнат понял меня даже лучше, чем я рассчитывал. По-прежнему давя на мою шею остриём ножа, он отпустил мой загривок и с громким треском разорвал на спине так понравившуюся мне рубаху. Ну и хрен с ней, всё равно в плечах жала… До меня донесся потрясённый выдох. Нажим клинка сразу ослаб.

— Да что же это за бесовство! Грифон. Такое не подделаешь. Этот рисунок я узнаю и с завязанными глазами. Святый боже, Алёшка… Да что с тобой тогда такое, если это действительно ты⁈

Последние слова дядя Игнат едва не прокричал. От отпустил меня и рывком развернул к себе. В меня вонзились два сверлящих глаза. Он, кусая губы, медленно убрал нож. Я машинально прикоснулся к шее, с удивлением увидел на подушечках пальцев алую кровь и хрипло сказал:

— Дядя Игнат, думаю, нам нужно очень многое обсудить. Прямо сейчас, этой же ночью. И предупреждаю сразу, кое чему ты не поверишь. Но тебе я расскажу всё.

Спустя некоторое время, для одних растянувшееся на вечность, для других пролетевшее быстрее вздоха, котлован был готов. Вырыт на нужную глубину, утрамбован и укреплен. Почти правильной круглой формы огромная яма, самим своим зловещим существованием обезображивающая эту многострадальную землю. Как будто ей и так не хватало скверны.

Впадина была лопнувшим нарывом, гнойной язвой, испоганившей некогда цветущий благодатный край. И у этой ямы было своё, особое предназначение. Она была создана для того, чтобы свершить определённое таинство. Чёрное колдовство, зарождение иной, чуждой всему живому и разумному жизни. Своеобразная колыбель греха и тьмы. Искусственно созданная, чтобы выпростать на свет нечто совершенно немыслимое… Несущее зло, смерть и разрушения.

Темнеющая в захлестнувшей Северные земли ночи яма ждала своего часа. Она, будто живая, притаилась, подобно изголодавшейся хищной твари. В ожидании корма. Гнусная дыра хотела есть. И ей была уготована особая пища. Мерзкая и богопротивная, под стать тем, кто создал эту впадину. Нечто, страшнее, нежели ведьмино пятно, жаждало крови. И плоти. И её ожидания были вознаграждены. Пришло время кормления.