Книга В западне, страница 37 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Я невольно рассмеялся, представляя чтобы сказал тот же Корнедуб, услышь он такие слова. Обняв меня за шею, Алиса тихо произнесла:

— Я скучала по тебе, братик. Без тебя дом совсем другой. Самое странное в том, что теперь, когда ты стал нас навещать, я скучаю еще больше, чем в то время, что ты безвылазно два года провел в Академии… Как твоя память, не возвращается?

Немного сбитый резкой сменой беседы, я не подал и виду, пожав плечами.

— Нет. К сожалению, вся моя жизнь до возвращения из Академии словно отрезана острым ножом. Не буду врать, Алиса. Прошлое по-прежнему для меня за непроницаемой стеной. Но мои чувства остались. И они ещё сильнее и ярче чем раньше. В этом даже не сомневайся.

Некоторое время мы сидели молча. Слышно было только, как трещат в печи дрова, тихо сопит прижимающаяся ко мне Алиса, да бьётся ее сердечко. Внезапно, повинуясь какому-то порыву, я повернулся к ней, взял за плечи и, глядя прямо в глаза, сказал:

— Алиса, ты должна мне кое-что пообещать.

— Что?

— Я… Сама понимаешь, кто я и где служу. Я Часовой. И я наследник нашего всеми проклинаемого Рода. Здесь, на севере, всё несколько иначе, чем в остальной Империи. Слава богу, ты не знаешь, как относятся к нашей фамилии там, на юге… Я хочу попросить тебя просто быть осторожной. И всегда держаться начеку. Время нынче пошло лихое, опасное. А я… Я не всегда могу быть рядом, чтобы тебя защитить. Обещаешь?

— Да… Кажется, ты не договариваешь даже больше, чем я думала. Все настолько серьёзно?

— Да.

— Обещаю.

* * *

— Ты же не простой кузнец, да, Игнат?

Невысокий, но невероятно широкий, могучий и кряжистый мужчина, с руками как стволы вековых дубов, усмехнувшись, посмотрел на свои пальцы. Ими можно было ломать шеи медведям и гнуть арматуру. Но этими пальцами Игнат умел создавать воистину уникальные вещи.

Кивком подбородка указав на его последнее творение, не в силах отвести от него восхищённых глаз, я сказал:

— Твоё мастерство… Уж очень сильно отличается от представлений об обычных кузнецах. Простому ковалю создать подобное не под силу. Тут нужно что-то еще.

— И что же?

Я не задумывался ни на миг.

— Знания. Огромные, очень глубокие и серьёзные знания. Так кто же ты, Игнат?

Мы находились в просторной, оснащенной всем необходимым оборудованием, которому могли позавидовать и в Столице, мастерской. На свободном от станков и заваленных рабочими инструментами и различными заготовками стеллажах месте, на массивной стальной раме, в свете ярких масляных светильников сверкали свежей краской мои доспехи. Изготовленная по моим наброскам, теперь уже без преувеличения могу сказать гениальными руками Игната, силовая броня воина Ордена Часовых, с нанесёнными поверх панциря свеженькими охранными рунами, за которые лично отвечал лучший боевой чародей Корпуса Рогволд.

Привычно присев на краешек верстака, Игнат пригладил густую окладистую бороду и, блеснув маленькими глазками, тихо сказал:

— Я давно ожидал этого вопроса. Будь жив Александр, он бы тебе рассказал еще раньше. Да что говорить, многое бы тогда было иначе… Ты знаешь, как происходит процесс изготовления силовых доспехов в Ордене Часовых?

— Ну… В общих чертах.

— В общих чертах! Короче, не знаешь. Тогда слушай. В каждом Корпусе Стражи есть свои собственные мастерские, сборочные цеха, где специально обученные люди собирают броню, устанавливают в нее кучу деталей и узлов, соединяют с миниатюрной силовой установкой, которая, питаемая энергокристаллом, и оживляет весь боевой комплекс. А волшебники насыщают доспехи рунами и чарами. Уникальный сплав кузнечного ремесла, оружейного, науки и магии. Сейчас это отлаженный процесс. По-прежнему сложный, долгий и кропотливый. Но отлаженный и привычный. Достаточно только сделать примерку под конкретного человека. Когда знаешь, как, и имеешь под рукой все необходимые материалы и мощностя уровня фабричного цеха. В более скромных и усеченных условиях эта работа на порядок усложняется. И конечно, обычному кузнецу она не под силу.