Книга На чужой земле, страница 71 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Вдруг щёлкнуло и погонщик нечисти, чуть провернув, сорвал с мой головы шлем. В лицо дохнула смрадным спертым воздухом. Мои отросшие волосы с седой прядью над глазами, мокрые от пота, прилипли к голове, я сморгнул несколько раз, стряхивая соленые капли с ресниц.

Ухора, нервно облизнув тонкие губы змеиным языком, застыв, с явным удивлением на худощавом лице, воскликнула:

— Боги Хаоса, да ты же ещё совсем мальчишка!! Невероятно… Но знаки не врали. Все они указывали на тебя. И ты пришёл, маленький Часовой. Ты пришёл на свою погибель, человеческий детёныш. Кто ты и почему пошел на смерть?

Я стиснул зубы, не удостаивая эту тварь и одним словом. Снова дёрнулся, но силы почти покинули меня. Оскалившись, я приподнял голову и смачно плюнул прямо в ведьму, угодив ей на ноги. Впрочем, подобное не произвело на нее никакого впечатления.

Скрипнув человеческой кожей своего облегающего костюма, она присела рядом со мной. Державшие меня посторонились, освобождая место для своей госпожи. Тонкие, холодные как лёд и твёрдые как камень пальцы ведьмы взяли меня за подбородок. Я с достоинством выдержал ее задумчивый, не сулящий ничего хорошего взгляд жутких чёрных глаз.

— Почему ты пришел? Ради чего так отчаянно сражался, дитя?

Я, с помутневшими от бессильной ярости глазами, прохрипел:

— За мой народ… Тебе не понять, тварь.

Нынешняя владычица Ярограда легко выпрямилась, несмотря на ужасное увечье. Казалось, она совершенно не замечала, что лишилась правой руки по самое плечо.

— Тащите это молоденькое сладкое мясо в логово Валашки. Скоро ее дети снова проголодаются.

И это было последнее, что я услышал, прежде чем мелькнувшая в темноте стремительной тенью дубина не опустилась мне на голову и не вышибла весь дух.

Меня поглотила тьма. Проникла в голову, расползлась по всему телу и захватила разум. Удар здоровенной дубины, пришедший по моей голове по касательной, не убил меня, но вырубил конкретно и надолго. Ухора не захотела сразу же отправлять меня на тот свет. Потому мне и не размозжили череп, расплескав мозги по всему полу.

Позже я выяснил, что ведьма решила приготовить для меня нечто особенное. Такое, что было много хуже мгновенной смерти. Но это будет позже. Тогда же, провалившись во тьму, я впал в странное состояние, похожее на удушливый, глубокий и крепкий сон, кошмар. И в мое погасшее сознание почти сразу ворвался недавний сон-воспоминание, о котором я тогда забыл, только проснувшись.

Но сейчас, находясь в самом сердце логова окопавшегося на Северных землях воинства нечисти, в их плену, я снова увидел этот сон. И на этот раз он намертво отпечатался в моей памяти.

Я увидел последние часы жизни моего прадеда, Великого Герцога Владимира Бестужева. Накануне его казни.

Мрачное сырое подземелье. Каменный склеп, незнамо на сколько метров ушедший под землю. Коптящие факелы, чей дым, не успевая уходить через отдушины, выедал глаза. Множество вооружённых до зубов людей, занявших свои посты на поворотах, вахтах, у дверей и в караулках огромного подземного комплекса.

Здесь, скрытые под толщей земли и камня, располагались тюремные камеры для самых опасных государственных преступников, какие только были в Империи. И здесь же, в одной из них, закованный в железные цепи, томился Владимир Бестужев, в ожидании своей участи.