Книга Bраг Империи, страница 22 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Ну так что, сосунок, трахал ты эту мокрощелку или нет, а? — глумливо продолжал допытываться Андрей. — А то смотри, проворонишь девку…

У меня дернулся левый глаз. Я оскалился в кровожадной полубезумной улыбке. Жалея лишь о том, что эти выродки сейчас не видят моего лица. Вскинув огромный меч одной рукой в атакующей позиции, я чуть напружинил ноги.

— Ни один из вас не уйдет отсюда живым, — бесцветным от ледяной ярости голосом пообещал я Часовым Второй Стражи. — Вы смеётесь в лицо смерти, глупцы.

И я напал на них.

Часовые заученными, отработанными во множестве схваток движениями вскинули мне на встречу смертоносные лезвия боевых клинков. Три меча, секира и глефа. Они рассыпались ещё шире, сноровисто окружая меня, чтобы отрезать все пути к отступлению.

Я же, с ходу набрав невероятную для закованного в силовую броню человека скорость, чем вызвал изумлённый выдох одного из врагов, в последний момент, резко оттолкнувшись, взмыл в воздух и обрушил на стоящего по центру такого воинственного и говорливого Андрея сумасшедший по силе и ускорению рубящий удар.

Он успел в защитном жесте вскинуть широченное лезвие грозного меча. Падая вниз всей массой, я с невероятной скоростью опустил фамильный меч Бестужевых на непробиваемую, казалось, преграду.

Разался громкий лязгающий звон, когда столкнулись два огромных боевых меча. Между соприкоснувшимися клинками проскользнула молния. И под мелодичное дзилинчание меч Часового Второй Стражи разлетелся на десяток заострённых кусков, шрапнелью ударив по кругу.

Черный клинок, вспыхнув серебристыми рунами, с шипением прорубил броневые пластины, раскроив шишак и разваливая голову на две части. С противным скрипом меч застрял в широком бронированном воротнике. Не мешкая, я чуть провернул и резко выдернул клинок.

Из страшной раны хлынула заливающая броню кровь. Громко взвыли приводы доспехов. Тело, ещё не понимая, что оно мертво, сделало по инерции два неверных шага и Часовой громко шваркнулся на живот, громыхнув о гранитные плиты внутреннего двора покрытым горячей кровью железом.

Стряхивая с лезвия капли крови я резко развернулся, готовый отразить совместную атаку оставшихся врагов.

На короткое время пришедшие по мою душу Часовую застыли, неверяще глядя на свежий труп своего товарища и лидера. Вооружённый глефой Аскольд грязно и злобно выругался. Яростно завращав насаженным на длинное металлическое древко листовидным изогнутым клинком, он бешено заорал:

— Живым не брать!!! Слышите⁈ Прикончим ублюдка!..

Они, топоча как впавшие в слепую ярость бронированные носороги, набросились на меня сразу вчетвером. Каждый из них знал, как биться подобным сплочённым образом и с воем взлетающие в воздух мечи, секира и глефа атаковали меня по очереди, не мешая друг дружке. Грамотно и чётко. И двигались эти парни довольно быстро для таких громоздких силовых комплексов. Но тягаться в скорости и ловкости со мной они были все же не способны. А мой черный, фамильный клинок превосходил все известное мне холодное оружие.

Я парировал два быстрых спаренных удара мечами, утек влево, отразил тяжёлый замах здоровенной, способной с одного маху перерубить ствол дерева секиры, уклонился от промелькнувшего перед глазами кончика глефы. Снова с разбегу сиганул ввысь, не останавливаясь, врезался в вооружённого секирой бойца, со всей силы ударив его коленом в основание шлема. Он от неожиданности раскинул руки, пошатнулся, зацепился о неровность раскрошившейся гранитной плиты и рухнул, придавленный моим весом, на спину.