Книга Леший 10, страница 35 – Андрей Северский

Потихоньку, со скрипом, проблемами, недоделками и временными решениями, грозящими стать постоянными; а также нехваткой квалифицированных кадров, но процесс индустриализации на Руси начал своё движение. Строятся цементный завод и малый комплекс переработки нефти, которую довольно быстро обнаружили — она, словно на старых Бакинских промыслах, аж сочилась из земли, и её выходами пользовались гоблины.

Кстати, работниками гоблины оказались пока немного туповатыми, и не знающими системного и русского. Но если научить что-то делать, мотивировать, а главное, не забывать присматривать и сразу наказывать за неправильно сделанное — ничем не хуже многих людей, работающих в современной России. Даже с языком у них почти такая же ситуация)

Культ Лешего тоже приступил к завоеванию умов и сердец, пока по большей части среди гоблинов, которые знают, что боги точно есть. Леший и Леший, очередной, поклонимся и ему, от нас не убудет, хотя бы по хребтине не прилетит.

В общем, в этом направлении работать и работать, пока есть два «жреца»-хобгоблина и три десятка храмовых служек из гоблинов, которым дано задание всё почистить, вымыть, надраить, облагородить растительностью — благо вода с помощью насосов на вершину холма поступает в потребном количестве.

Теперь надо думать — как не отпугнуть людей видом кровавых жертвоприношений, что нужны для подпитки Сердца Сектора? Сделать центральный храм с жертвенником каким-нибудь Храмом памяти усопших или прощания с жизнью? Надо подумать над названием и функционалом. Ограничить вход, а ближе к спуску вниз или даже вообще внизу, в самом городе поставить отдельный храм, где всё будет чинно — благородно. Совместить с Церковью Любви и проводить в нём церемонии бракосочетания. В очередной раз: любое вероучение — это обман.

— А ты правда меня любишь? — жена задаёт несколько неожиданный следующий вопрос.

— Конечно, моя северная птичка, — обнимаю её. — Я стал редко говорить тебе об этом? Прости, постараюсь чаще.

— И это тоже… Просто… у меня для тебя есть новость.

— Ка… — начинаю я, и тут меня пронзает догадка, с чего вдруг она стала такая застенчиво-стеснительная? Ну и второй поток сознания подсказку дал. — Ты беременна?!?

— Да… Ты не злишься? Не знаю, как это произошло, контроль фертильности не отключала, — затараторила она, не давая сказать и слова. — Возможно, это когда преодолевали барьер в плоти — ты ещё передал мне свою прану, а потом мы занимались любовью… и вот…

— Тебе не в чем оправдываться, скворчонок! Неужели ты думаешь, что я скажу, что наш ребёнок мне не нужен?

Она уткнулась в мою шею и начала всхлипывать.

— Сашенька, Сашуля, не надо плакать, — глажу её по голове. — Ты стала чересчур нервной в последнее время, а ребёнку лишние волнения не нужны.

— Хоро-шо-оо-о! — она всё-таки всплакнула от избытка чувств. Вот так я стал папой…

Первая партия гвардейцев вернулась с перерождения из домена Одина в полном составе. Несмотря ни на какое развитие, полностью отметать шанс неудачи и смерти даже при пригляде бога нельзя.

Собираемся на нашей подмосковной базе, отметить это дело. Сейчас тут далеко не так многолюдно, как было во «времена до Сектора», когда проживали славяне, но и в одиночестве мы не были. Илона, а точнее «сарафанное радио», заработало в полную силу: на базе собралась очередная партия в двадцать шесть инвалидов, что пожелали излечиться и начать новую жизнь.