Книга Тринадцатый) Том 8, страница 114 – Андрей Северский

Ну а если урод по жизни (и диагноз подтверждается врачами-психиатрами) — принудительная высылка на Атлантиду (не перекидывать же ради него Судный камень в другое место).

С лидерами кланов и объединений на местах ведётся простая разъяснительная работа — государство уже существует, это неоспоримый факт. И либо вы встраиваетесь в него, подчиняясь единым законам, либо вами начинает заниматься аппарат принуждения. Желаете поработать руководителем? Пожалуйста, выдвигайте свою кандидатуру, оглашайте программу действий и избирайтесь, вся местная власть устроена на выборном самоуправлении при неизбежном контроле из центра. Чем лучше результаты, тем больше доступно, в настоящее время кумовство играет крайне незначительную роль.

* * ТраАдар * *

Смотря на себя и других «непредвзятым» взглядом со стороны, понимаю, что эту бывшую часть Тринадцатого окружающая действительность смогла отчасти «переварить», вписать меня в себя и себя в меня. Быть может, это последствия двойного породнения через кровь с Эльвинулиэной и ОрЛик?

Я помню, что когда-то был живым человеком, потом игроком, но сейчас я не отделяюсь от сути природного альва, лишь с одним-единственным отличием — я (пока?) бессмертен.

И интересы альв я поставлю выше всего остального, пожалуй, кроме дружбы со своими бывшими со-ипостасями. И то, дружба дружбой, но без явной угрозы жизням альв. На рискованную авантюру меня не подпишешь, нас слишком мало и ценна каждая жизнь.

Мои вторые роды, то есть, конечно, не мои личные, а вторые роды, на которых я присутствую со времени переселения в этот мир, правда первые были ещё «в теле и разуме» Тринадцатого. ОрЛик неожиданно быстро решила избавиться от бремени. Не помню точно, сколько длится беременность у классических эльфов, то ли как у людей, то ли дольше, но женушка решила родить на четвёртом месяце, первой из всех альвэ, хотя забеременела позже некоторых других, видимо, торопится.

В отличии от первого раза, сейчас я за дверью, непосредственно «участвовать» в процессе не позволили строгие традиции. Хотя традиции запрещали находиться даже в одном доме с роженицей, но тут уж я просто грозно зыркнул на повитух, рукой показав, что им необходимо уделить всё внимание моей жене.

Особо громкий крик из-за двери, и дальше ни звука. Я, до этого довольно спокойно ожидавший окончания нервотрёпки, через полминуты тишины не выдержал, и начал ломиться в дверь. Что там могло произойти? Ребёнок оказался не доношен и умер? ОрЛик не выдержала родов и умерла? Умерли оба? Да откройте дверь, а не то вышибу воздушным тараном, мало не покажется!

Открывают, влетаю внутрь с замиранием глядя на ложе.

— Княже, дочь! — торжественно произносят откуда-то справа.

«Слава Ра и Хранителю!» — медленно и протяжно выдыхаю.

Вторую потерю после Дунг пережить было бы очень больно. Я уже крепко привязался к этому миру, к ОрЛик, и даже к вот этому чудному маленькому запелёнатому комочку с длинными ушками, что взглянуло на меня пронзительно-голубыми глазками.

Беру кроху на руки, осторожно прижимаю:

— Нарекаю тебя SamaHon Arm`Elv! — я заранее подготовил два варианта, для мальчика и девочки. На квенья — Умное Сердце, чтобы была умной и добросердечной.

Для сына приготовил ManerVala — Честная Сила, вроде уже проскакивала мысль о сходстве имен «эльфов» и индейцев. Конечно, я несколько рискую, окончательно не согласовав варианты с ОрЛик, но я князь, и я сказал!