Книга Тринадцатый) Том 8, страница 127 – Андрей Северский

Пробыв в этой деревне почти два дня, дождавшись исполнения заказа на седло для Бима и залечив свою спину и задницу, тронулись дальше.

Держала невысокий темп, втянуться в процесс и не перегрузить организм снова. Сделала привал на обед. Лежу на травке, расслабляясь и мысленно прикидываю, сколько же мне ехать таким темпом? Дай бог, тело привыкнет, смогу двигаться как во второй день, тогда сроки поездки более-менее удовлетворительные. А если боль вернётся, тогда даже не знаю, покупать карету что ли?

И тут в окружающем началось нечто странное и даже страшное: ветер налетал порывами с разных сторон, на небе вдруг из ниоткуда материализовались грозовые тучи, заслонив солнце, чтобы через пять секунд пропасть. Деревья вокруг скрипели и стонали, лошади в испуге ржали и рвались с привязи. Меня же как будто перехлёстывало волнами, но не воды, а чего-то, что я не знаю как описать, из-за чего моё сознание бултыхалось вместе с этими волнами, аж затошнило!

Длилось это сумасшествие достаточно долго, так что вероятность того, что выверну содержимое своего желудка, резво приближалось к ста процентам.

Дожив до окончания свистопляски и всё-таки сохранив еду внутри себя, с лёгким головокружением встала на ноги. Нихрена ж себе, одна из моих лошадок, та, что несла припасы, сдохла! А я за неё деньги заплатила! Администрация, как это понимать?

Сумку с одной стороны снять смогла, а вот вторую, на которой лежала умершая лошадь, никак не достать, оставила, как было.

В следующем по пути поселении всё стало ещё хуже: трупы беспорядочно лежали там, где их настиг неведомый катаклизм. В панике умчалась дальше.

В следующем всё то же самое, за исключением одного живого непися, кузнеца, который потерянно бродил по улицам. Вынужденно задержалась в этом местечке на сутки, помогала нпс свозить трупы в большую конюшню на окраине — решили кремировать тела, ибо даже кузнец понял, что нам вдвоём не по силам выкопать столько могил. Воспоминания на всю оставшуюся жизнь.

После «похорон» с безразличного разрешения местного жителя набрала как можно больше провизии и корма для лошадей, опять провернув трюк с засовыванием всего в свою палатку, ради чего даже вытащила из неё кровать.

Четвёртую лошадь брать не стала, лишняя морока. Всё, в путь, старательно объезжая посёлки.

Встретила одиночного игрока, так же, как и я бывшего в срыве. Направлялся во Владивосток, звал с собой, но мне в другую сторону. О произошедшем также ничего не знал, во всех местах, где он побывал, лишь смерть и пустота.

Еду-еду, отдых, еду-еду, отдых — дни потянулись одинаково. В селения не заезжала, хватило того, где хоронили всех жителей. С другими игроками встречаться также не горела желанием, среди них обязательно найдётся выродок, что может убить ради прикола. А точка воскрешения у меня в Имелоне.

Этот мой вывод подтвердился дня через четыре, когда группа из троих «разумных» попыталась загнать меня с малопонятной целью: вещи и всё остальное в опустошённых посёлках лежат просто так, приходи и бери. Так чего надо? Неужто соблазнились скакунами? Единственное «разумное» объяснение.

Дав «полный бег», оставила преследователей далеко позади, мои лошадки стоили очень недёшево, поэтому бежали быстрее.

Для минимизации подобных «приключений» повернула на юг, подальше от тракта, соединяющего города. Поеду по степям, примыкающим к Диким Полям, вряд ли там в такое время «шарится» кто-то из игроков, а против зверья у меня припасено немало боевых свитков.