Книга Вепрь, страница 90 – Николай Иванников

Она кивнула.

— Пройдем на кухню, а то здесь нас затолкают. Мне надо с тобой поговорить. Ты не против?

На кухне Гриша тут же достал из кармана пакетик с коноплей и смятую папиросу.

— Ты «травку» не куришь?

Соня вообще не курила, а тем более наркотик.

Пока Гриша "забивал косяк", Соня с интересом наблюдала за этой процедурой. Потом он зажег папиросу и с присвистом затянулся. Соня терпеливо ждала, подавляя в себе желание посмотреть на часы. Наконец Гриша сказал:

— Соня, мне хочется, чтобы ты стала моей женой.

На какое-то время Соня оцепенела. Потом до нее дошел смысл заявления, и она растерялась еще больше. Приоткрыв от удивления рот, она развела руками и замотала головой. Гриша схватил её за руку.

— Я уже все продумал, — быстро и с необычайным жаром заговорил он. — Квартира у меня есть, хотя и однокомнатная, но зато просторная и рядом с центром. На работу я буду отвозить тебя на мотоцикле. Правда, возвращаться тебе придется автобусом — я на час дольше работаю, да и задерживаться иногда приходится. Детский сад рядом. Детей мы будем водить туда. Заведем двоих. Один избалуется сильно, а троих, я думаю, мы не потянем.

"Заведем детей". Словно речь шла о кошке или морской свинке. Соня возмущенно вырвала руку. "Кретин ты, понял?!"

Гриша поморщился.

— Да, и ещё, — добавил он. — Тебе придётся научить меня своему языку. Я не понимаю твои… — он пошевелил пальцами, — манипуляции.

Вскипев, она хотела тут же развернуться, но в этот момент раздался голос Машеньки Лисовских:

— Чем вы тут занимаетесь, молодые люди?

"Этот идиот только что предложил мне выйти замуж", — повернувшись, ответила Соня.

— Глубоко сочувствую. Ош-шень смелый мальш-шик. Пошли, Соня, тебя там уже потеряли.

Маша потянула ее из кухни, но Гриша остановил девушек.

— Куда ты её тащишь? — глухо спросил он, со злостью уставившись на Машеньку. — Разве не видишь, что мы разговариваем?

— Не хочет она с тобой разговаривать, понял? К тому же ты все равно не поймешь, что она тебе скажет. Но если хочешь, я могу перевести. Она сказала: катись ты к чёрту. Понял, Гриша с Первомайки?

— Врёшь ты всё! — рявкнул Гриша. Из мрачноватого, неприметного паренька он вдруг превратился в грубого, упрямого мужлана. — Оставь нас одних. Уйди отсюда! — заорал он.

В этот момент на кухню заглянул хозяин. Он пытался собрать гостей для очередного тоста.

— Что здесь за крики?

— А, появился, — прорычал Гриша. — Слышишь, уведи отсюда эту телку, пока я сам её отсюда не выкинул.

Это было уже чересчур. Соня и моргнуть не успела, как Машенька заехала Грише по физиономии. Тот взвыл и бросился на нее с озверевшим лицом, но Лопаткин успел перехватить его и вытолкнуть в прихожую. Началась схватка, но подоспевшие Ромка Чернов и Витька Самохин схватили Альку за руки.

— Отпустите меня! — метался он.

— Отпустите его! — орал Гриша. — Я буду с ним драться!

— Заткнись! — шипел на него Чернов.

— Сам заткнись! Я и с тобой буду драться! Со всеми, ясно?! По очереди, до первой крови!

Дело кончилось тем, что избитого Гришу увел Вовка Шаров. Соню до дома проводили Машенька с Лопаткиным. К тому времени все были уже порядком пьяны, инцидент казался исчерпанным, и они почти забыли о нем.

А зря.

* * *

Олег вернулся домой в середине апреля 1991 года. Весна кружила голову, ни в коей мере не предвещая беды.