Онлайн книга «Кровавая ассамблея»
|
Это и в самом деле многое объяснило бы. Для друзей девочки, умирающей на куче строительного мусора, прошла всего одна секунда, а для нее самой пронеслись годы! Наполненные событиями: радостями и горестями, школьными экзаменами, первой любовью, первым неинтересным сексом, а затем и вполне себе интересным, студенческой жизнью, интернатурой. А потом… И вот тут я снова возвращаюсь к тому, с чего начала: каким гребаным образом я здесь оказалась? Для чего? Или же в том мире, где я упала с высоты третьего этажа, за это время прошло еще несколько минут, и мой мозг начал угасать? Его клетки умирают одна за другой, миллион за миллионом, и теперь мой ущербный мозг из последних сил формирует для меня окружающую реальность, совсем не похожую на ту, к которой я привыкла? Конечно, все это похоже на бред сумасшедшего. Но гораздо больше похоже на бред то, что сейчас со мной происходит. Хотя, есть еще один нюанс. О котором я до сих пор даже вспомнить не решалась. Боялась, наверное, что это правдой окажется. Но коль уж взялась за перо, так нужно рассказать… Я уже говорила, что виню в произошедшем Настю Вяткину. И ее шизанутого парня. Я так и говорила ей: «Зачем тебе этот Ильхам? Психованный он какой-то, хлебнешь ты с ним еще горя…» А она мне: люблю, аж не могу! Так и любила, пока в глаз от него не схлопотала. Почти две недели фингал сходил. Сперва темно-синий был, почти черный, потом постепенно позеленел, расплылся, стал желтым. А вместе с фингалом ушла и любовь. Но Ильхам все названивал Насте — то прощения просил, то убеждал, что это она сама во всем виновата и вынудила его применить силу. Честно сказать, я понятия не имею, где Настя нашла этого Ильхама. Но когда поняла, что она готова его простить, то сразу показала ей кулак: «Не вздумай, дура!» Она меня послушала, бросила трубку. А через пару дней я случайно узнала, что они все-таки встречались. Я взбрыкнула и сильно ее отругала. Мы даже поссорились. И не общались потом больше недели. А однажды вечером она притащилась ко мне и заявила как ни в чем не бывало: — Пошли в клуб, оторвемся? А у самой синяки на запястьях просвечивают через слой тонального крема. — Ильхам, я смотрю, уже оторвался? — сказала я. — Да хрен с ним, с Ильхамом, не хочу о нем говорить! И мы пошли в клуб. Я хотела в «Толстячок», но Настя потащила меня почему-то во «Флигель». Ладно, во «Флигель» так во «Флигель». Мне не принципиально. И только примерно через час я поняла, почему Вяткина хотела попасть именно сюда. Потому что здесь был Ильхам. Он косился на Настю голодными глазами, как волк, честное слово. Он и внешне на волка был похож — темный, мрачный, суровый. От него так и веяло опасностью. — Вяткина, пошли отсюда, — предложила я, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Ну его к черту! Выпили мы к тому моменту не так уж много, но если у меня это было три бокала «просекко», то Настя пару каких-то диких коктейля успела разбавить доброй дозой коньяка, и уходить из «Флигеля» ей совсем не хотелось. Она то мартовской кошкой изгибалась на танцполе перед каким-то парнями, то зависала у бара с малолеткой с брекетами на зубах, так что в итоге мне пришлось вытаскивать ее из клуба едва ли не силой. Вот тут-то все и случилось. Нас окликнули. Точнее, не нас, а Вяткину: |