Книга Точка Бифуркации #2, страница 119 – Дейлор Смит

— Этого не может быть. — впервые за время допроса смутившись, отозвался Степан.

— В нашем мире нет места такой фразе, мой молодой друг. — отрицательно качнул головой Игорь Мстиславович.

— Я вам кое-что честно скажу. Я и правда ничего не видел и не слышал. И в самом деле даже не подозреваю, куда делся мальчишка. Но ваши методы мне до такой степени не нравятся, что будь у меня такая информация, я бы с вами ею точно не поделился. — бесстрашно заглядывая в глаза своему начальнику, процедил Степан.

На удивление, Игорь Мстиславович не принял этот выпад близко к сердцу. Вместо этого взяв стул, он поставил его напротив мужчины и оглядев того пронзительным взглядом, заговорил:

— Я смотрю ты привязался к этим детишкам. Понравились они тебе. Что ж, так уж вышло, что у меня сегодня много свободного времени и я тебе кое-что расскажу. — повернувшись к бойцам, находящимся в помещении, он добавил. — Стёпа с Сашей невиновны, после разговора со мной отпустите их домой. А сейчас оставьте нас.

Дождавшись, пока в комнате они остались только вдвоём, Игорь Мстиславович продолжил, наслаждаясь удивлённым взглядом оппонента. Степан был настолько прост и прямолинеен, что вообще не заморачивался над тем, чтобы скрывать свои истинные эмоции.

— Девять лет назад я гулял в одном из парков нашего города. Был какой-то праздник. Много детей, веселье, аттракционы. Одарённые показывали различные выступления, веселя толпу. Народ гулял. Опуская все ненужные подробности того дня, в один момент времени я услышал детский крик, плач и возгласы ужаса. Повернувшись на звук, я отметил как к одной полянке на которой играла малышня, стекается большая толпа народа. Это было совсем рядом со мной. Буквально в двух десятках метров.

На этих словах мужчина достал из внутреннего кармана складные часы и продолжил.

— Инстинктивно бросившись в ту сторону, я обнаружил ребёнка лежавшего в луже собственной крови. Из груди у него торчал ледяной кол.

— Извините, я не понимаю…

— Как выяснилось позже, неподалёку игралась группа одарённых детишек. Маленькие… лет по пять-семь. Слово за слово, и одного из них товарищ задел тем, что высказался о его даре, как об «абсолютно неопасной и безвредной фигне». Это я цитирую, если что. — коротким рыком прочистив горло, директор продолжил. — Дитё обиделось. И в эту же секунду продемонстрировало как сильно ошибается оппонент. Выбросив острый ледяной кол в случайно пробегающего мимо ребёнка. Так я лишился сына. — на этих словах Игорь Мстиславович открыл часы и продемонстрировал собеседнику хранившуюся внутри них фотографию ребёнка.

— О Боже… — у Степана от такого рассказа невольно перехватило дыхание. Подобные откровения услышишь не каждый день и слава Богу.

— Та девочка из карцера, о которой ты переживаешь, является довольно сильной для своего возраста одарённой. Знаешь почему она оказалась в нашей школе? Нет. Эта девчонка убила своих родителей. Обоих. — выдерживая паузу и наблюдая за глазами сидевшего напротив, мужчина продолжил. — Второй, мальчишка, из соседней камеры, имеет, конечно, не такой «богатый» послужной список. Но тем не менее, с его же слов: едва не убил охранника об стену в прошлой школе, разок припечатал воспитательницу. Про драки со сверстниками и плохую успеваемость я уже молчу. Думаешь он изменился, когда его перевели к нам? Отнюдь. Знаешь, что он устроил в первую же ночь на своём этаже? Заставил два десятка одноклассников без остановки вращаться в воздухе вокруг своей оси. Не знаю точно сколько по времени это продолжалось, но бедные дети заблевали всё вокруг и едва не вывернули свои кишки… Тоже очень сильный товарищ, как ты понимаешь.