Книга Точка Бифуркации #2, страница 83 – Дейлор Смит

— Я сейчас немножко занят, обсудим позже.

Допросы, какие-то следственные эксперименты, изучение записей с камер наблюдения — всё это происходило сейчас прямо в стенах нашей школы.

Всю службу школьной охраны выдернули из своих домов и перевели на казарменное положение, полностью при этом освободив от своих обязанностей до выяснения обстоятельств. Я это видел и знал только потому что ходил рядом с Сергеем Константиновичем и слушал почти все его разговоры и промежуточные отчёты о ходе работ.

Столовую, кстати, тоже трясли: проводили обыски, брали на анализы пищу и допрашивали работников. Я им сказал, что это всё пустая трата времени, но дядя Серёжа меня предостерёг, чтобы я не мешал людям делать свою работу. Почему он разрешил мне с собой таскаться? А чёрт его знает, я и сам был удивлён.

В конечном итоге он привёл меня в один из школьных кабинетов, где мне дали сесть в учительское кресло, а затем наставили пару камер с микрофонами и попросили рассказать всё, что я знаю. Мужчина напротив представился Андреем Алексеевичем.

— Мне так трудно будет. Лучше вы задавайте вопросы, а я вам буду отвечать. — поспешно заявил я дядьке напротив.

— Хорошо, Алексей.

— Когда и как ты впервые обнаружил, что вам подают отравленный напиток?

Напротив, за ещё одним креслом, которое принесли из другого кабинета, сидел худоватый мужчина в деловом костюме. Дорогие часы, кольца и еле улавливаемые нотки приятного парфюма позволили мне предположить, что он наверняка является аристократом.

— В один из первых дней, едва оказался в этой школе. Точнее я сейчас не вспомню.

— Компот был непригоден к употреблению только лишь у тебя или у всех окружающих?

— Думаю у всех. — решил я ответить расплывчато.

— Какие действия ты предпринял? — коротко кивнув, задал следующий вопрос он.

— Не стал пить. — пожал я плечами.

— Только лишь сам? Другим ничего не сказал?

Вопрос прозвучал в несколько обвинительный форме, будто предполагая мои дальнейшие оправдания.

— Только лишь сам. — ответил, добавив безразличия в голос.

— Далее ситуация с напитком стала повторяться? — намекая на продолжение рассказа, начал Андрей Алексеевич.

— Да, как минимум раз в сутки. Постепенно мне удалось убедить друзей, чтобы они последовали моему примеру.

— Как тебе удалось выйти на тех, кто этим промышлял?

Пришлось немного задуматься, чтобы ответить на вопрос правдиво, обтекаемо и лаконично, при этом не выдать лишнего. Ну не рассказывать же мне им о том, как Кали следила за поварихой?

— Тут всё просто. В один прекрасный день она сама попалась на глаза. Повариха особо не скрывалась, даже камер не боялась. — пожал я плечами. — Я лишь предположил, что там что-то не чисто.

— И что было дальше?

— Дальше узнал у кого она берёт эту дрянь.

— Каким образом?

На этих словах я посмотрел на собеседника как на слабоумного, отчего тот недовольно поморщился и перешел к следующему вопросу.

— Есть смысл спрашивать как ты вышел на Беляева и Васнецову?

— В целом это неважно, потому как они к этому моменту вышли на меня сами. — подумав ответил я.

— Вот как?

— Да. Привели меня на допрос в кабинет Лидии Васильевны и задавали разные вопросы. В конечном итоге, этим же вечером я пережил два покушения, ну и дальше вы знаете.

Так легко отвертеться от Андрея Алексеевича у меня не вышло. Ещё пару часов он задавал мне кучу уточняющих вопросов, вникал в детали там, где я это позволял и подробно расспрашивал обо всех контактах с замдиректором и её подельником.