Книга Точка Бифуркации #10, страница 97 – Дейлор Смит

— Просто любопытно, те оскорбления, что мне нанёс ваш мастеровой — это какое-то послание от семьи или изощрённая шутка? Может, проверка какая-то? — в моём голосе прозвучало скрытое раздражение.

Меншиков на секунду замолчал, обдумывая мои слова.

— Что этот поганец тебе наговорил? — его тон сменился на более спокойный, и в нём даже отдалённо почувствовались нотки понимания.

— Записей не вёл, дедушка, — ответил я, также быстро успокоившись. — Но доверить ему работу после такого неприкрытого хамства я уже, конечно, не смог.

— Вот как, — глубоко вздохнул князь, его голос стал тише, но от этого не менее серьёзным. — Да уж… А позвонить?

— Жаловаться? — с лёгким сомнением бросил я.

— Не покалечил хоть? — после небольшой паузы, решил сменить тему князь.

— Скажешь тоже, дедуль, — с готовностью ответил я, слегка усмехнувшись. — Воспитываю чуток, и всё. Главное было не казнить в первые полчаса.

Потапенко на этих словах сглотнул и, отметив мой взгляд, виновато опустил глаза в пол.

— Когда вернёшь? — окончательно выдохнул князь, в его голосе прозвучала усталость.

— Ну-у… тут у него есть ещё чуть-чуть работы, — протянул я, делая вид, что задумался. — Одна комната осталась.

— Комната? — переспросил дед, явно пытаясь понять, что я имею в виду. — Я не пойму, ты же сказал, что ничего ему доверять не стал.

— Не, ну плитку-то класть он может, — покачал головой я, бросив взгляд под ноги, где виднелись ровные ряды свежей укладки. — Руки у него, признаюсь, золотые.

— Ладно, — наконец проговорил Меншиков, в его голосе прозвучало некое примирение, смешанное с лёгкой насмешкой. — Я что хотел выяснил. А ты можешь в гости приезжать — я тебе ремня всыплю, коли дедом признал.

— Поздно уже с этим, дедушка, — весело усмехнувшись, ответил я, после чего мы с князем попрощались.

Потапенко, очевидно желая что-то сказать, открыл рот, но я нахмурившись указал ему на мешок строительного мусора в углу. Он понял намёк и без лишних слов вернулся к работе.

Вечерний сумрак мягко окутывал кабинет, погружая его в полутьму, когда материализовавшаяся рядом Кали привлекла моё внимание.

— Господин, пленница готова говорить, — её голос прозвучал ровно, с едва уловимой ноткой удовлетворения.

Я оторвал взгляд от разбросанных по столу бумаг и позволил себе короткую паузу, чтобы осмыслить её слова. Два дня назад я оставил эту тварь своим демонам, позволив им делать с ней всё, что сочтут нужным, лишь бы она заговорила. И вот теперь, похоже, этот момент настал.

— Перенеси меня к ней, — коротко приказал я.

Кали безмолвно кивнула, и в следующую секунду привычный калейдоскоп смазанных образов закружился вокруг, после чего я оказался уже в другом месте.

Морозный воздух обжёг лицо, заставив меня задержать дыхание и ощутить свежесть зимы. Высокие сосны тянулись к небу, их ветви покрывали пушистые снежные шапки. Зимняя природа поражала своей красотой и безмятежностью, погружая любого попавшего в эту сказку в состояние тихого восхищения и умиротворения. Правда, ровно до того момента, пока перед гостем не открывался вид на прошедшую через пытки тёмную тварь.

На небольшой поляне, под раскидистой сосной, в человеческом обличье лежала демоница. Её вид оставлял желать лучшего: одежда разодрана в клочья, обнажая исхудавшее тело, кожа покрыта глубокими ранами и кровоподтёками, а длинные тёмные волосы спутаны и перепачканы в грязи. Она выглядела истощённой и сломленной, но всё ещё живой.