Книга Точка Бифуркации #11, страница 90 – Дейлор Смит

Волков невольно кивнул, явно что-то вспоминая. Затем добавил:

— Тебе от Насти, кстати, большой привет. Если помнишь, деву…

— Конечно помню! — улыбнулся я. — Не женились ещё?

— А как же! — с гордостью произнёс Михаил. — Сын у меня уже! Полгодика.

На этом моменте Степан и Максим, до этого молчавшие, рассыпались в поздравлениях. Лицо Михаила засветилось гордостью, а я ощутил тепло на душе — радость за старого друга.

Пока мы шли дальше, разговор плавно перетёк в воспоминания о Зарнице, общих победах и том, как жизнь разделила наши пути. Максим, обычно сдержанный, неожиданно оживился, рассказывая о том, как Михаил спас его в одном из боёв, а Степан грустно посетовал на то, что ему не удалось попасть на это мероприятие.

Наконец, мы подошли к зданию штаба. Под вечер здесь всё немного по-другому — жизнь внезапно закипела. Люди сновали туда-сюда, передавая документы, оборудование и оружие. На крыльце стоял Андрей, в окружении своей группы. Увидев нас, он слегка нахмурился, но в глазах сверкнуло облегчение.

— Не успел появиться, а уже шороху наводишь, — произнёс он, встречаясь со мной взглядом.

— То ли ещё будет, Твоя Светлость, — улыбнулся я, подмигнув княжичу. — Полагаю, пора идти воевать?

Андрей медленно кивнул, его голос прозвучал серьёзно:

— Уже опаздываем, Лёха. Уже опаздываем.

Эти слова напомнили всем окружающим, что время шло, и каждая минута сейчас была на вес золота. Мы быстро вошли в здание, готовясь к следующему шагу — тому, что определит исход этой ночи.

* * *

С крыши десятиэтажного здания открывался пугающий и завораживающий вид. Внизу, словно в безжалостной шахматной партии, разворачивалась ожесточённая битва. Наступающие силы османов стягивали технику к окраинам города, танки с тяжёлыми гусеницами медленно продвигались вперёд, прикрывая своей бронёй пехоту. Вдали слышались глухие взрывы, а вспышки артиллерийских залпов озаряли вечернее небо. Красные трассеры пересекали горизонт, словно огненные стрелы, летящие в обе стороны. Казалось, что даже воздух пропитан свинцом и яростью.

Я стоял на краю крыши, опираясь на бетонное ограждение. Мои глаза следили за движением вражеской техники. С каждой минутой события, казалось, только набирали обороты: сначала доклады по рации, а затем и наши уши и глаза оповестили нас, что турки вводят в бой авиацию. Высоко в небе слышался рёв двигателей самолётов, которые, очевидно, в эту минуту заходили на цель. Дым поднимался из нескольких точек в городе, образуя мрачные столбы, разрывающие серое небо. В ответ стреляли зенитки, но эффективность их работы оставляла желать лучшего.

Рядом со мной стоял Андрей. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась напряжённая сосредоточенность. Он, как и я, следил за ходом боя с вершины здания, готовя врагу свою порцию сюрпризов.

На окраине города, чуть левее нашего здания, враг стягивал силы. Там находилась ключевая точка — мост, ведущий к стратегически важному району. Виднелись группы гранатомётчиков, стрелявших в сторону обороняющихся. Их огонь был хаотичным, но всё же создавал серьёзные проблемы имперцам, которые пытались удерживать позиции.

В этот момент до нас донёсся низкий, нарастающий звук, и я рефлекторно поднял голову вверх. В небе над городом появился самолёт. Его контур чётко выделялся на фоне густого дыма. Рёв двигателей перекрыл даже гул артиллерии. Я краем глаза заметил, как Андрей вытянул руку вверх. Его лицо было напряжённым, губы сжаты в тонкую линию. Но прежде чем Белорецкий успел что-то сделать, я остановил его, осторожно придержав за рукав.