Онлайн книга «Наследники Императора»
|
Его жрица сопровождала царевича от мастабы к мастабе. Она рассказывала ему всё, что знала о тех, кому принадлежали гробницы – о военачальниках, сражавшихся между собой, когда Таур-Дуат ещё не была единой, о вельможах, роды которых позже обладали огромным влиянием, но при их жизни ещё не успели возвыситься, о купцах, не знавших денежной системы, о потомках хайту, принявших Закон. Она знала много, очень много… и при этом – совсем ничего о том, какой жизнь была теперь. Её семьёй и её друзьями были лишь жрецы из общины, священные псы да древние мёртвые. Наверное, кому-то такая судьба показалась бы мрачной, а такая жизнь – ограниченной, но явно не ей. Хэфер, пожалуй, понимал, почему. — И ты никогда не бывала в городах даже проездом? – спросил царевич. — Никогда, – спокойно ответила жрица. — Даже в Кассаре, городе-культе Ануи? — Не телом, нет. Но мы владеем искусством сновидений. В моих снах я видела Кассар с его храмами из чёрного базальта и даже Апет-Сут, Город ста врат и ста дорог. — Врат в нём вовсе не сто. Я пересчитывал в детстве, – усмехнулся Хэфер. – Если считать ложные двери в городских стенах, то около семидесяти четырёх. Она рассмеялась. — Не знала… Но во снах города вообще другие. Они как бы показывают свою душу больше, чем свой зримый облик, и кажутся то многоплановыми и текучими, то непроницаемыми, как скалы, если вдруг не хотят говорить. — И Планарные Святилища тебе доводилось видеть? — Только издалека, – с грустью призналась она. – Дело в том, что они надёжно защищены от сновидцев. Даже нэферу не могут попасть в них без приглашения. — Да, так говорят. Ты никогда не жалела, что не видела больше, чем храм и некрополь? — О, но я видела очень многое! Я видела мир глазами древних, когда они шептали мне о другом облике этих земель. Я видела дальние территории глазами тех, кто писал свитки из храмовой библиотеки. И я бродила по снам, как уже сказала… Нет, моя жизнь совсем не так скучна, господин царевич, как может показаться. — Пожалуй, я понимаю, – задумчиво согласился Хэфер. – И всё же… Почему ты не покидала храм? — Так нужно, – ответила она, как ему показалось, с некоторой грустью. — Это печалит тебя? — Не совсем верное слово… Скорее, я хочу познать больше. Но вот теперь ты здесь. Я буду… рада узнать о мире, виденном твоими глазами, если ты расскажешь мне, – робко призналась она. Хэфер решил ответить откровенно: — Я бы и показал тебе… но ты ведь не поедешь со мной в Апет-Сут… Жрица молчала. Он остановился, прислушиваясь, и ждал, а она так ничего и не сказала. Хэфер не знал, обидел ли её. Чтобы исправить впечатление, он стал рассказывать о ласковых заросших благоуханными лотосами заводях Великой Реки ближе к югу, где стояли бирюзовые храмы Золотой. Там начинались самые прекрасные из всех празднеств Таур-Дуат, чествовавших Любовь, дыхание которой было заложено в каждом творении Амна. Он поведал ей о том, как впервые увидел процессию жрецов и жриц в бело-золотых, кажущихся сотканными из эфира одеяниях. Они исполняли самую сладостную ритуальную музыку, какую только доводилось слышать тогда ещё очень юному царевичу. И они были так нереально прекрасны, озарённые сиянием Хэру-Хаэйат, что сердце рвалось им навстречу, и хотелось бежать за ними, забыв об изначальном своём предназначении, и служить Богине, вдохновлявшей всякое сердце… |