Книга Буря на горизонте, страница 142 – Анна Сешт

Хэфер прочёл тревогу в её взгляде по-своему. Теснее прижав девушку к себе, точно боясь отпустить, он тихо проговорил:

— Не бойся меня. Я никогда не наврежу тебе. Тэра, любимая…

Она протянула руку и прижала пальцы к его губам.

— Я боюсь не тебя. За тебя, – так же тихо, но твёрдо сказала она, ещё не в силах поверить, что всё позади. – Я боялась, что они… сломают твоё тело. Что я не успею прийти к тебе на помощь. Ты не приходил в себя почти три дня…

— Три дня? – в его глазах отразились удивление и смятение.

Он действительно не помнил. Произошедшее даже Тэре казалось уже таким далёким. Сознание девушки силилось защитить себя и отгораживалось от недавних событий. Кошмарный сон, не более… и оплавленные застывшие в безмолвном крике лица тоже были лишь кошмарным сном, как и её страх, что царевич не придёт в себя.

Она робко посмотрела на него взглядом целителя и с удивлением обнаружила, что состояние его было примерно таким, как тогда, когда они только покинули храм. Старые травмы, конечно, не исцелились до конца, но не было ни изнеможения, ни ухудшения.

Что-то неуловимо изменилось во взгляде Хэфера – она не успела понять, в какой момент. Царевич вдруг припал к её губам, нежно, но жадно, и был в этом поцелуе привкус отчаяния. Он порывисто целовал её лицо, ласкал её тело, забыв о боли или усталости. В каждом его касании Тэра чувствовала больше потребности и жажды, чем привычной страсти, и она не решилась напомнить ему, что сейчас следовало беречь силы. Нежно девушка открылась ему, безмолвно подтверждая, что всё между ними оставалось неизменным, что он не стал для неё чужим и пугающим, что она принимала его любым.

А после, когда их диалог без слов пришёл к своему упоительному завершению, и Тэра свернулась в его объятиях, счастливая, она поняла, что просто не могла не сказать. Она знала, что ему нужно было услышать это.

— Милосердие могло стоить нам обоим жизни. Ты защитил меня, нас обоих. Владыка Первородного Огня не ведает пощады, но и нас бы не пощадили.

Хэфер молча погладил её по волосам. Украдкой она посмотрела на него. Его взгляд был устремлён к чему-то видимому одному ему. Наконец царевич ответил:

— Тогда, в ночь посвящения, Он… Он говорил, что мне может не понравиться, каким я стану. Я не могу не возвращаться к одной мысли. Всё это время я продолжаю думать: что если и тебе?..

Когда бы момент не был таким напряжённым, Тэра рассмеялась бы от неожиданности и абсурдности такого предположения. Но она не хотела обидеть его. Нежно девушка отвела волосы от его лица, ласково погладила основания рогов.

— Даже если не останется никого, даже если ты сам не узна́ешь себя – узна́ю я. И буду любить тебя так, как полюбила тогда, увидев за Гранью, – тихо и уверенно сказала она. – Только не отталкивай меня… – Тэра со всей отчётливостью поняла вдруг, чего особенно боялась: словно тёмная вероятность этих событий уже нависла над ними. Горячо она добавила: – Какой бы ни предстоял тебе бой, сложный и страшный, – я не хочу, чтобы ты оттолкнул меня даже из желания защитить. Прошу тебя.

Хэфер удивлённо посмотрел на неё, а потом нахмурился.

— Тэра, моя радость… нынешние события могут привести к настоящей войне. Это уже не просто смутная угроза.

— Значит, я пойду с тобой на войну, – решительно кивнула девушка, поднимаясь на локте, чтобы посмотреть ему в лицо. – Кто-то должен заботиться о твоих ранах. А служители Ануи пусть и не являются целителями в общепринятом смысле этого слова, но смыслят в искусстве врачевания немало. Ты и сам успел в этом убедиться.