Книга Буря на горизонте, страница 217 – Анна Сешт

Сердце Анирет с новой силой заныло от тревоги.

— Что-то с Ренэфом? – спросила она.

— Нет, вестей из Лебайи мы по-прежнему ждём с величайшим нетерпением, – ответил Хатепер.

— Тогда что? – настойчиво уточнила царевна.

Великий Управитель вздохнул. При всей своей мягкости Анирет умела быть настойчивой, когда хотела. Эта черта роднила её с Хэфером.

— Кому-то угодно порочить память мёртвых и насмехаться над скорбью живых, – сухо ответил Хатепер. – Владыка рассчитывает на мою помощь. Кое-что я могу сделать и отсюда. Уже сделал.

— Ты не объяснишь мне?

— Всему своё время. Сейчас гораздо важнее знания, которые ты получаешь, – ответил старший рэмеи и погладил её по волосам.

— Я ведь имею право знать.

— Мастер показал тебе Незаконченный Обелиск Императрицы? – Хатепер был непреклонен и перевёл разговор на иную тему.

Анирет пришлось смириться, и она нехотя кивнула. Незаконченный Обелиск Императрицы – так называлась колоссальная конструкция из чёрного гранита, огромный блок: из него было почти полностью выпилено будущее творение, высота которого по завершении должна была превзойти высоту всех обелисков, что когда-либо пронзали небеса над Таур-Дуат. Каменотёсы и скульпторы обрабатывали его по приказу Императрицы Хатши Эмхет. Но обелиск так никогда и не был до конца освобождён из породившей его массы камня и застыл во времени мемориалом самому себе.

— Ты помнишь, почему он не был закончен? – мягко спросил Хатепер.

— Внутренняя трещина от основания, – с готовностью объяснила царевна. – Обелиски возводятся во славу Богов и памяти на вечность. Трещины недопустимы, иначе каменный шпиль не простоит и пары десятков лет.

— Это так, – кивнул рэмеи. – Даже то, что было создано во славу Богов, не сохранит крепость и величие, если поражено трещиной изнутри… Внутренний разлом всегда опаснее, фатальнее тех разрушений, которые может принести любой враг извне.

Анирет совершенно точно знала, что говорил Хатепер сейчас не только и не столько об обелисках. Но развивать тему Великий Управитель не стал и вместо этого перешёл к обсуждению того, что царевна успела усвоить за недолгое время пребывания на острове Хенму. Девушка видела, что эта беседа успокаивала дядю, и потому с готовностью поддержала её. Что бы он ни узнал, это тяжело далось ему. Анирет хотела отвлечь его хоть чем-то, раз уж узнать и помочь по-настоящему не могла.

Они проговорили до глубокой ночи, но Хатепер обещал, что на завтрашний день уговорит мастера дать Анирет отсрочку и утреннее занятие – позднее утреннее занятие – проведёт с ней сам.

⁂

Во всей Обители Таэху более священным местом, чем библиотека, был разве что наос Владычицы Таинств. Ходили слухи, что под храмом и городом лежали многоуровневые катакомбы, причём большую их часть занимали не родовые некрополи, а сокровищница знаний. Вся история рэмейского народа, от эпохи легенд до последних лет правления Императора Секенэфа, бережно хранилась и дополнялась жрецами во всех самых прекрасных и самых неприглядных её аспектах… О, сколько было тех, кто мечтал оказаться здесь, и цели их не всегда были обусловлены лишь благородным поиском Знания. Те, кто мечтал придать истине форму согласно своему замыслу, готовы были отдать золото, власть, земли или же и вовсе прийти сюда с оружием. Но шли века, менялись Императоры, воплощавшие Силу божественного Ваэссира на троне Таур-Дуат, а Таэху всё так же хранили свои тайны – надёжно, неподкупно, беспристрастно.