Книга Буря на горизонте, страница 50 – Анна Сешт

Маг не потрудился накинуть покрывало. Он поднялся из-за стола ей навстречу, поклонился с преувеличенно радужной улыбкой и пропел:

— Привет тебе, сиятельная госпожа.

— Хорошей ночи, мудрый, – спокойно ответила царица, используя жреческий титул.

Конечно, в густом даже для глаз рэмеи полумраке она пока не заметила перемен.

Мужчина церемонно отодвинул перед ней одно из кресел, налил вина во второй кубок и только потом зажёг светильник у стола. Всё с той же гостеприимной улыбкой он воззрился на царицу.

Амахисат замерла.

— Что с твоим лицом? – неприязненно спросила она через паузу, и тень отвращения легла на её царственную бесстрастную маску.

Маг отвесил ей ещё один поклон, на этот раз – насмешливый.

— Откуда столько отторжения к тому, чем ты сама меня наградила, матушка? – невинно осведомился он и усмехнулся. – Не без помощи своего эльфийского друга, конечно же…

Глаза женщины – серо-стальные, как у него самого, – полыхнули холодным гневом и сузились.

— Не злоупотребляй моим расположением, Вирнан, – предупредила царица очень спокойно, назвав его ненавистным эльфийским именем.

Вирнан. «То, что не имеет места». Даже не «тот» – «то».

— Справедливо, – прохладно усмехнулся маг. – Но, увы, сделать что-то с любезно подаренным мне вами обликом, дабы усладить твой взор, – он провёл левой рукой у лица – не в моих силах. Видишь ли, исполнение твоей деликатной просьбы стоило мне и лица, и руки, и кое-чего более дорогого, госпожа моя. Если тебе интересно, я едва не погиб.

Колдун протянул Амахисат открытую обожжённую ладонь и чуть шевельнул пальцами. Видимо, зрелище было столь отвратительно, что даже её выдержки не хватило. Царица набросила на свою руку край палантина и отодвинула его кисть от себя, однако не выразила никаких эмоций.

— В итоге тебе удалось всё исполнить, мудрый? – осведомилась она.

— О, даже больше, чем ты ожидала, – ответил маг, вальяжно садясь напротив неё.

Не торопясь с рассказом, он поднял свой кубок и сделал несколько глотков. Амахисат изогнула бровь, но следом тоже пригубила изысканное вино.

— За наградой дело не станет, ты же знаешь, – спокойно заметила она, когда молчание стало затягиваться.

— У тебя, увы, нет ничего, равноценного моей потере, Владычица, – вздохнул маг, пожимая плечами. – Разве что… Да нет, и это вряд ли…

— Назови свою цену, – она позволила ноткам нетерпения прокрасться в размеренные интонации своего голоса.

— Ученика бы мне толкового, да где ж его нынче достанешь, – он хищно улыбнулся. – Разве что ты отдашь мне другого своего сына. Шучу, конечно же. Ренэф должен стать Владыкой – ко всеобщему благу.

— Моего единственного сына, – подчеркнула Амахисат, – я никому не отдам. Да и вряд ли тебе подойдёт воитель.

— Все воители и без того по-своему служат Отцу Войны, – отмахнулся маг. – Лучше найди мне мастера-краснодеревщика, который согласится стать моими глазами и руками… и вряд ли выживет после того, как обучит меня. Не абы кого – мастера. Дело слишком деликатное, чтобы оплошать. А ещё сделай для меня особый заказ лучшему твоему оружейнику. Я объясню, какой. Также мне нужна будет лучшая сталь с примесью электрума, взятого с вершины обелиска, осиянного светом Ладьи Амна.

— Ты о многом просишь…

— Мне понадобится ещё красное железное дерево из сепата Нэбу.