Книга Выбор богов. Книга 1, страница 70 – Анна Сешт

— Я нашла его погребение, – мягко ответила Кахэрка.

— Тогда ты видела своими глазами последнее напутствие, начертанное рукой самого царевича, – спокойно ответила Лират.

— Рукой царевича? Ты подтверждаешь это?

— Нам нечего скрывать.

— Однако же вы выбрали скрыть… и теперь всё намного сложнее, для всех нас… – взгляд Кахэрки потемнел. – Теперь я здесь.

— Я знаю, что ты сделаешь, длань Первого из бальзамировщиков, – вздохнула Лират. – Закроешь здесь все живые изображения Стража Порога, одухотворённые Его присутствием. Запечатаешь, заставишь смолкнуть саму душу этого Места Силы так, как не под силу было заставить даже остроухим из-за гор… Пощади меня и не дай увидеть этого. Я не оставила эти стены во время войны… не оставлю и теперь.

Старица опустилась было на колени перед Кахэркой, но та не позволила ей, удержала за руку, подняла.

— Смерть милостива, – мягко проговорила преемница Минкерру. – Я не откажу тебе. Но прежде ответь мне: почему вы поставили под удар всё наше жречество? Что заставило вас скрыть то, что произошло здесь, скрыть наследника от очей самого Владыки, да хранят его Боги?

Глаза Лират наполнились слезами; голос звучал тихо, но твёрдо:

— Защитить… Мы желали защитить его, как повелел сам Ануи.

Долго Кахэрка смотрела на неё, потом коротко сказала:

— Я вижу, что ты веришь в это… так же, как Верховный Жрец этого храма верил в то, что сотворил.

Лират вдруг подалась вперёд, схватила её за руки, глядя на неё с отчаянной мольбой:

— Что с ним, мудрейшая? – прошептала она. – Что с моим Перкау?..

— На всё теперь воля Владыки, да будет он вечно жив, здоров и благополучен, – бесстрастно ответила Кахэрка, – воля Владыки, потерявшего своего сына.

Лират отступила, спрятала лицо в ладонях. Хархаф мог лишь гадать, что старая жрица испытывала сейчас.

— Ты желаешь увидеть их ещё раз? – тихо спросила Кахэрка.

— Я уже попрощалась с ними…

В повисшей тишине бывшая Верховная Жрица в последний раз прошла по залу подготовки, провела ладонями по рельефам, по краям бассейнов – совсем как недавно сама Кахэрка. Её взгляд светился нежностью и любовью. А после она прошептала короткую молитву у изображения Ануи и негромко произнесла:

— Я готова.

Хархаф не был уверен, что произошло в следующий миг, когда глаза Кахэрки точно закрылись изнутри, и вечность выглянула со дна её взгляда.

Как всякий бальзамировщик, он слышал шелест лёгких крыльев смерти. Покачнулись огоньки светильников, точно от тихого порыва ветра. Лират едва слышно вздохнула и осела на каменные плиты. На её лице застыла безмятежность, когда душа и плоть разделились.

Кахэрка приблизилась, опустилась рядом с ней на колени и провела ладонями над телом, беззвучно шепча что-то. Псы стояли по обе стороны от неё, благословляя маленький ритуал своим присутствием.

А последние слова Хархаф уже услышал, и понял тогда, что Владыка и мудрейший Минкерру не приказывали покарать общину забвением:

— Пусть Судия на троне у Вод Перерождения будет справедлив к тебе, мудрая Лират, жрица Ануи. Память о тебе да живёт вечно…

Недовольство царицы было вполне объяснимо – Таа не располагал подробными новостями о том, как проходили встречи между пленником и Великим Управителем, а его поиски наследника и отступницы так и не принесли ровным счётом никаких плодов. Возможность стать полезным для Амахисат в нынешних обстоятельствах была бесценна, тем более что её просьба не представлялась особенно сложной. Бальзамировщик не стал интересоваться, зачем царице нужна кровь отступника, хотя кое-какие соображения у него были.