Книга Выбор богов. Книга 1, страница 83 – Анна Сешт

Вино, приправленное этими словами, отдавало горечью, но не хотелось портить вечер тяжёлыми воспоминаниями. В конце концов, даже Нэбвен так искренне радовался!

Отставив кубок, Ренэф снял хопеш с петли на поясе.

— Благодарю, что дал мне сегодня свой клинок.

— А как же иначе ты б салютовал войску, – Нэбвен усмехнулся в усы. – Безусловно, царевич, размахивающий руками с помоста, тоже весьма грозное зрелище. Но с хопешем оно правильнее и всем привычнее.

Ренэф чуть улыбнулся и склонил голову.

— Возвращаю его тебе.

— Не надо пока, – покачал головой старший рэмеи. – Оставь. Негоже тебе без оружия ходить, солдаты не поймут. Мне, сам видишь, ни к чему пока.

Царевич хотел поспорить, но удержал себя – придвинул к ложу Нэбвена плетёное кресло и сел, а хопеш бережно положил рядом с собой.

— Когда вернёмся в столицу, тебе новый выкуют, по твоей руке, с твоим серехом^[13].

— Нет, – покачал головой Ренэф. – Я не возьму больше в руку хопеш с сине-золотой рукоятью. И доспех этот я сегодня надел в последний раз – только потому, что ты настоял.

— Так уж и в последний…

— Я не достоин ни доспеха, ни клинка, – отрезал царевич. – Зачем заставляешь меня повторять это?

Нэбвен вздохнул и отхлебнул ещё вина, глядя в окно, в которое бились отголоски общегородского веселья.

— А люди здесь тебя полюбили… Будут помнить, – тихо произнёс он. – Будут славить твоё имя. Ты подумай о том, сколько жизней изменил к лучшему.

— Это не перечеркнёт и других моих деяний, – глухо ответил Ренэф и, чтобы унять вспыхнувшее раздражение на себя, сделал несколько щедрых глотков.

— Вижу, что печать ты отдал Сафару, – улыбнулся Нэбвен, словно не услышал его последних слов. – И хорошо. Знаю, что шаг ты сделал осознанно… царевич Ренэф Эмхет, Сын Солнца, покровитель Леддны. И это люди тоже запомнят. А для Сафаровых потомков твоя печать станет настоящей святыней, родовым оберегом.

Ренэф пожал плечами. Так далеко он не думал – просто сделал то, что считал правильным.

— Сафар и Алия хотели тебя навестить, – сказал царевич. – Если тебе это будет угодно.

— Да, перед отбытием неплохо бы их увидеть, – кивнул военачальник, по-прежнему глядя в окно.

— А Хармехи из рода Кха… ты его хорошо знаешь? Что скажешь – в хороших руках мы оставляем Леддну?

— В хороших. Владыка наш, да будет он вечно жив, здоров и благополучен, всегда умел каждого на своё место поставить, – Нэбвен усмехнулся. – Хармехи не впервой с людьми и рэмеи на равных договариваться. Под его началом не только рэмеи служили. И бабка у него, кстати, из людей была – из тех, из южных. Шаманы из джунглей Нэбу. Но о них я мало знаю… В общем, тех, кто о людях невысокого мнения, твой отец в этот гарнизон ставить бы не стал. Не беспокойся о своих друзьях.

Ренэф кивнул, зная, что всё равно будет беспокоиться.

— Когда думаешь выдвигаться? – тихо осведомился Нэбвен.

— Несколько дней потребуется на то, чтоб утрясти все дела в городском совете, отдать последние распоряжения. А дальше уж пусть Сафар, Никес и Хармехи разбираются.

— Несколько дней… Да, разумно. Стотид и Нератис остаются?

— Мне они по таким вопросам не отчитываются, – пожал плечами царевич. – Если царица велела быть здесь, значит, останутся. А она могла и велеть… – Ренэф помрачнел, подумав о том, что оба осведомителя царицы вовлечены в поиски Мисры.