Книга Выбор богов. Книга 3, страница 169 – Анна Сешт

Кирану улыбнулась через плечо и направила лодку к берегу. Деревья здесь росли прямо в воде, широко раскинув узловатые корни. Царевич и шаманка как будто оказались в колонном зале древнего храма, построенного неведомыми зодчими.

— Здесь можно передохнуть, – сказала девушка. – Дальше пойдём по земле.

Вместе они вытащили и разгрузили лодку, и шаманка спрятала её, замаскировала в буйной зелени. Ренэф обернулся к водопаду, любуясь бегом потока за чередой древесных «колонн». Он не удивился бы, если б узнал, что здесь расположено какое-нибудь Место Силы.

Кирану приблизилась, протянула ему кусок тонкой лепёшки с ломтиками сушёного мяса, и царевич благодарно кивнул. Есть и правда хотелось. Нужно будет спросить, где здесь можно наловить рыбы, учитывая, что припасов с собой они взяли немного – чтобы не вызывать подозрений у стражей. Да и южный лес кормил щедро, если знать, где что добыть.

— Тут хорошо, – сказала шаманка, чуть касаясь его плечом. – Одно из моих любимых мест.

— Могу понять, почему, – тихо согласился Ренэф.

— На севере такого не увидишь?

— Это точно.

— Ты не очень щедр на хорошие слова, – рассмеялась Кирану, отступая к воде.

Ренэф поспешно проглотил последний кусок. Шаманка смотрела на него, чуть склонив голову набок, и была так чудесно хороша на фоне жемчужного водопада и дикого леса, что слова на ум не шли. Хотелось запомнить её такой – живым продолжением всей здешней красоты, сотканной из теней и хрупкого света, просеянного сквозь полог ветвей. О чём-то подобном, должно быть, писали столичные поэты – когда от восхищения тесно в груди, но разум, как назло, пуст. И даже чужие строки не вспоминаются, потому что их слишком мало, чтобы выразить всё.

— Зато твоё лицо предаёт тебя, – весело закончила шаманка.

Царевич хотел ответить что-то содержательное, но не сумел и в итоге сдался.

— Мне бы острогу выпилить…

Кирану закусила губу, сдерживая смех, но в её глазах плясали озорные искры.

— Побереги силы для нашей главной цели, добытчик. О еде я позабочусь.

Путь оказался не из лёгких. Как ни прекрасны были джунгли, через заросли приходилось продираться, а иногда и прорубаться с помощью одного из тех внушительных ножей, которым поделилась шаманка. Кое-где Кирану вела царевича поверху – ловко взбиралась на широкие ветви, помогая себе хвостом, пробегала с ловкостью зверя, прыгала, умело удерживаясь за лианы. Ренэф старался поспевать за ней, да где уж там. Пару раз он и вовсе чуть не свалился – даже хвост не помог – так что торопиться перестал, шёл осторожнее, поминая про себя недобрым словом всю затею Ахратты. К тому же, если бы не шаманка, своевременно предупреждавшая о прятавшихся змеях, о кажущихся безобидными ядовитых растениях и насекомых, которых царевич и не замечал сразу – охота бы закончилась быстро, даже не начавшись. Кирану подшучивала над ним, но по-доброму, и убеждала, что для солдата с севера он справляется очень неплохо.

Когда день начал клониться к закату, шаманка посерьёзнела, заторопилась, выискивая место для стоянки, и удовлетворилась, выбрав старое дерево, выпроставшее из-под земли огромные корни. Удивительно, что под ними никто не устроил логово.

— Ещё даже не стемнело, – заметил Ренэф, проводя ладонью по шершавой коре, на ощупь похожей на чью-то окаменевшую шкуру.