Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 53 – Анна Сешт

Хотя ритуалы подпитывали его дух, они были утомительны. В последние дни, когда присутствие Владыки уже не требовалось настолько остро, он в самом деле предпочитал отдых и не появлялся на публике, поручив дела младшему сыну. Шепсет знала, что усталость подтачивала его, потому что недавно снова готовила ему снадобье, умиротворяющее сны. Так уже бывало и раньше, когда Странники выходили на его след, понемногу питаясь искрами его сияющей Силы, конечно же, боясь приблизиться по-настоящему.

Но на пике одного из самых главных празднеств рэмеч, когда Боги нисходили на землю и являли себя народу через своих каменных Ка в ходе ритуальных процессий, когда щедро делились своей мощью с людьми, ни одна Тварь Той Стороны не посмела бы посягнуть на Владыку даже издалека. Шепсет полагала, что это просто усталость. Как ни великолепен был его дух, ничья смертная форма не была вечной. А Владыка Рамсес был уже не молод, хотя не так давно благополучно отпраздновал свой Хеб-Сед – на тридцатом году правления, немногим после того, как молодая жрица стала частью его ближайшей свиты.

На сердце было неспокойно, девушка и сама не понимала почему. Очень не хотелось уходить, даже когда Владыка сам отослал ее, попросил присоединиться к торжественной процессии вместе с другими вельможными дамами. Опет должен был достойно подойти к своему завершению.

Говорили, что сам Бакенхонсу, Верховный жрец Амона, сегодня лично прибыл с Восточного Берега Уасет, хоть и был уже не молод. Позже Владыка обещал принять его на небольшой закрытой вечерней трапезе. А пока Верховный жрец и члены царской семьи, во главе с младшим царевичем Рамсесом и его матерью Тией, проводили последние ритуалы во внутреннем святилище Амона.

Молодой царевич уже не первый раз заменял отца на официальных торжествах, и для некоторых это стало знаком, что Владыка все же назначит наследником именно его. Несмотря на то, что некоторое время назад старший царевич Рамсес перестал появляться при дворе и участвовать в государственных делах, а о судьбе его ходили смутные слухи, приукрашенные сплетнями, властитель до сих пор придерживался изначального своего решения. Его старший сын по-прежнему считался будущим правителем Та-Кемет, хоть и поговаривали, будто бы он впал в немилость, а то и вовсе сгинул где-то на дальних границах.

Сама Шепсет не была знакома с наследником лично, поскольку тот покинул двор Пер-Аа еще до ее прибытия, но услышать успела всякое. По крайней мере, в одном сходились все придворные, сколь бы разных взглядов ни придерживались: пусть Владыка Рамсес Усермаатра-Мериамон правит еще много-много лет, сохраняя стабильность в Кемет.

Придворные дамы несли цветы для алтарей Амона и Мут. Они сопровождали прекрасных танцующих жриц с систрами и тамбуринами, восславляющих верховных Божеств Уасет сладостными голосами. За ними следом шли жрецы, аккомпанирующие на музыкальных инструментах, и воины с подношениями.

Шепсет любила праздники, но за эти дни уже немного устала от торжеств, продолжающихся почти целый месяц. И все равно она невольно восхищалась тем, как слаженно звучал хор, как гармонично перетекали друг в друга все ритуальные жесты и движения. Жреческая процессия была словно единый организм, вобравший в себя и обычных людей, позволив им стать своей частью. Торжество было ярким, громким, многоцветным, кое-где даже хаотичным, но при этом совершенным в каждой своей детали.