Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 83 – Анна Сешт

Нахту с трудом удавалось осмыслить все это, не говоря уже о том, чтобы поверить. И Усерхат не дал ему передышки, быстро заговорил:

— Ты должен встретиться с ним завтра. Коротко доложить, что отправил жрицу восвояси и больше о ней ничего не слышал.

— Сделаю.

— А после… вы оба должны исчезнуть.

— Исчезнуть? – переспросил Нахт. – Скрыться?

— Именно. Заберешь Шепсет и исчезнешь из гарнизона. Здесь вам будет небезопасно. Теперь они будут наблюдать за нами, как охотничьи соколы Владыки, и не оставят в покое. Не пожалеют сил, чтобы отслеживать пути наших патрулей и даже походы наших женщин на купание, – Усерхат сплюнул ругательство. – Я подумаю, как пустить их по ложному следу… А пока ты должен сделать, как я сказал.

— Но… – Нахт не удержался и задал вопрос, мучивший его весь этот вечер. – Ты уверен, что мы поступаем правильно?

Командир встретился с ним взглядом и усмехнулся.

— А как ты сам думаешь? Смог бы отдать им Шепсет?

Нахт вспомнил, что побудило его отказать бальзамировщику. Вспомнил знаки Богов, коснувшиеся даже его. Это неуловимое ощущение на кончиках пальцев, когда твой путь – опасный, полный противоречий и препятствий все-таки единственно верный, и иначе ты поступить просто не можешь.

— Мне еще нужно придумать, как увести из-под удара ее семью, – добавил Усерхат. – Во дворце знают, кто она и откуда родом. Хорошо бы спрятать ее мать и сестру.

— Я…

— Это уже не твоя забота. Ты знаешь, где стоят наши лодки. Откладывать нельзя. Соберетесь и отбудете сразу же, как отряд Хаэмуасета отойдет от наших стен. Я скажу тебе, к каким людям нужно обратиться и что сказать.

Говоря все это, Усерхат поднялся, отошел в свою комнату, а когда вернулся – держал в руках хопеш^[68]. Нахт не помнил, чтобы командир пользовался этим оружием – давно не было нужды выходить в настоящий бой. Но следил за этим клинком Усерхат тщательно, еще в детстве рассказывая Нахту, что именно им сражался в войске Владыки.

— Возьми. Он теперь твой.

Оружие элиты воинства Та-Кемет. Меджай знал приемы боя – Усерхат учил его – но чтобы иметь собственный хопеш…

— Нет, я не могу, – Нахт покачал головой, хотя руки так и тянулись к клинку – ощутить его смертоносную тяжесть, надежность рукояти. – Это же твой. Твоя драгоценная память о службе подле Владыки.

— А кто его достоин, как не ты? – командир чуть улыбнулся, хотя взгляд его оставался печальным и озабоченным. – У нас с моей Садех не было сына… по крайней мере, сына по крови. Зато был тот, которого даровали Боги.

Сердце сжалось от нежности, которую он не мог бы выразить. Усерхат хлопнул его по плечу, сам вложил хопеш в его руку.

— Куда ты хочешь, чтобы мы отправились, командир? – тихо спросил Нахт, сжимая клинок.

Он знал Западный Берег не хуже местных некропольских псов, но никогда в жизни не покидал сепат Уасет. Да и где прятать жрицу? У кого искать помощи? Он надеялся, что Усерхат прикажет просто переждать где-нибудь в заброшенных гробницах, пока все не успокоится…

— Я не приказывал тебе прежде, но теперь говорю: на Восточный Берег. В Ипет-Сут. Нахт, ты долженвстретиться с ней.

1-й год правления Владыки Рамсеса Хекамаатра-Сетепенамона

Шепсет

Многоликая тьма, и зеркало тягучих темных вод, мерцавших матовым блеском… В этом пространстве Шепсет то слепла, то прозревала иным своим взором, но видела все редкими вспышками, обрывочными фрагментами.