Книга Запретная. Моя, страница 26 – Элла Савицкая

— Если бы я его слил, она бы тихо сняла нас на камеру и свалила.

— Факт… Тогда может, объяснишь что это было? Кто эта дурёха и что ей было нужно?

Сжимаю челюсть.

Говорить о Даше с Тихим у меня нет желания. Он – олицетворение того, чего она вообще не должна касаться. Пусть даже косвенно.

— Я.

— Что ты?

— Ей нужен был я. Не сам факт того, что мы выносили магазин. Она хотела таким способом повоздействовать на меня.

— Зачем?

— Ей не нравится то, чем я занимаюсь.

Хмыкнув, смотрящий на несколько секунд задумывается.

— Если это действительно так, то… похвально. Только для меня это ничего не меняет. Она как была угрозой, так и остаётся.

— Это не так.

— Ну почему же? Парней она видела. Благодаря тебе знает кто они и что. Поговорить им с ней ты не дал.

— Я знаю, как они говорят, – выдаю на эмоциях, хотя и стараюсь их контролировать.

— Убедительно говорят, Руслан. Так, что после бесед все забывают, что видели.

Имена своим забывают, если быть точнее.

— Она уже забыла, – даже имени Даши при нём называть не хочу. Это сродни тому, что вывалять его в грязи.

— Уверен?

— Да. Я беру ее под свою ответственность. Она никому ничего не скажет.

Запрокинув голову, Тихий обводит меня задумчивым взглядом.

— Ну смотри… под твою ответственность. Если узнаю, что настучит ментяре, отцу ее дружка, говорить буду уже не с ней одной.

Пальцы сжимаются в кулаки.

Уже достал о ней информацию. Не удивительно…

— Не настучит.

— Хорошо. Один вопрос решили. Теперь второй, – он отталкивается ногой от бампера и отходит в сторону.

Тихий высокий, жилистый и тощий. На висках у него седина, волосы коротко подстрижены, лицо гладко выбрито. Одет в неизменную чёрную куртку, тёмные джинсы, и добротные ботинки. С виду и не скажешь, что он держит пол города.

— Что будем делать с тобой? – разворачивается, доставая из кармана складной нож.

Мой взгляд ловит то, как он нарочито медленно щёлкает лезвием – открывает, закрывает, и снова по кругу.

Дешевый прием. Я мало чего на этом свете боюсь.

— Я завязываю, – отвечаю спокойно, смотря ему прямо в глаза.

— Это естественно. Я теперь тебе не доверю информацию о делах. Вообще ничего не доверю. Не оценил ты моей доброты. Получается, зря я тебе навстречу шел и давал выбирать какие склады выносить.

Это тоже факт.

С Тихим меня свёл Варшавин полтора года назад. На тот момент я перебивался случайными подработками и искал, где можно зацепиться. Он предложил ездить с ним на точки – напоминать “должникам” о том, что взятое взаймы нужно возвращать.

Должники были в основном жирные уроды, похожие на бывшего начальника моего отца. Те, кто наживался за чужой счёт, кичился связями и считал себя неприкасаемым.

Я делал свою работу чётко и без лишнего шума. Тихий это заметил. И предложил больше. Периодически подчищать магазины и склады. Сначала я отказался. Отбирать у людей, которые вложили в дело, возможно, свои последние деньги – не про меня. И тогда Валера пошёл мне на встречу. Дал список тех, кто возит технику нелегально. Кого—то из этих «бизнесменов» крышевала милиция, кто—то торговал с занижением налогов, кто—то и вовсе прогнал хозяев, заняв чужое помещение. Вот за таких я браться не отказывался.

Свой процент получал стабильно. Да, меньший, чем у остальных, потому что на крупные дела на шёл, но меня устраивало. И устраивало бы дальше, если бы Даша не напомнила, что в жизни есть другие цели. А точнее, сама не стала этой целью.