Книга Не пара, страница 54 – Элла Савицкая

К лицу тут же приливает краска. Развернувшись на девяносто градусов, как можно быстрее улепетываю вниз по лестнице.

Похоже, ранняя оказалась не только я.

На кухне нахожу стакан и, налив себе из фильтра воды, выпиваю её залпом.

Уже светло и вряд ли я усну, но слоняться по чужому дому не лучший вариант. Тем более, когда там кто-то слишком занят, и когда виновники скабрезных звуков выйдут из спальни, они тут же поймут, что я все слышала.

Поэтому чтобы никого не смущать, лучше будет дождаться всеобщего пробуждения у себя в спальне.

На том и порешив, поднимаюсь наверх, отмечая, что теперь на этаже полная тишина. Прохожу к двери, кладу пальцы на ручку, и уже собираюсь войти к себе, как внезапно дверь одной из спален открывается, и оттуда выходит Вика.

Но не просто одной из спален, а той самой, в которой ночевал Саша.

Пальцы машинально крепче впиваются в металл, грудь в камень сжимается.

Увидев меня, облаченная в кружевную сорочку Вика, вздрагивает от неожиданности, недовольно кривит губы и быстрого уходит дальше по коридору.

Прячется за дверью, а я так и стою в ступоре, внутренне истерически смеясь над самой собой.

Все мои ночные мысли вдруг кажутся такими нелепыми.

Нет, Саша мне ничего не должен, и я ему вообще никто, как и он мне, но почему тогда так больно?

Даже больнее, чем от слов Миши позавчера.

Толкнув дверь, на тяжелых ногах вхожу в комнату и опираюсь затылком на стену. В ушах шум, как от помех, когда не может пойматься радиостанция.

Ну, что ж, я вчера отказала, Саша нашел кем меня заменить. Все закономерно. Вот только теперь мне хочется не покусать его, а сделать больно. Очень-очень больно, как мне сейчас.

Резким движением сползаю на пол и роняю лицо в ладони.

Да Господи Боже мой, чего я реву-то? А я реву, оказывается. Реву из-за того, чего даже не было. Что не успело начаться.

И хорошо, что не успело! Если бы разгорелось дальше, можно только представить, что я испытывала бы потом. Если уже сейчас так обжигает, потом бы меня дотла сожгло и костей не оставило.

Не знаю, как я пережидаю два часа, пока все просыпаются. Можно было бы уехать сразу. Вызвать такси до автовокзала, оттуда взять билет в город, ни с кем не попрощаться. Но я не хочу выглядеть неблагодарной, истеричной сукой перед людьми, которые были ко мне гостеприимны и добры. Поэтому переодевшись, я запихиваю в сумку все свои вещи, и просто жду.

Внизу постепенно нарастает гомон, народ просыпается. По заднему двору разносится смех, оживленные голоса. Для меня все это как в тумане.

В груди как сдавило в ту секунду, так и не отпускает.

Собравшись с силами, беру свою сумку и спускаюсь вниз. Выхожу на веранду, где народ собирается за столом.

Саша сидит спиной ко мне, говорит о чем-то с Илоной. Я слышу его веселый, полный энергии голос.

Подавив спазм в груди, крепче сжимаю ремешок сумки и делаю шаг на веранду.

Пора мне домой подальше от воздушных замков, которые сама себе настроила.

Саша

— О, Алис, а ты чего с сумкой? — Ксеня смотрит мне за спину.

Оборачиваюсь, ловя в фокус собранную Алису, со своей дорожной сумкой через плечо и с нечитаемым выражением лица.

— Я домой поеду. У меня репетиция сегодня, как оказалось, в обед, поэтому… — виновато разводит руками, на меня не смотрит.