Книга Давай останемся никем, страница 137 – Элла Савицкая

— Нравится, мам. Спасибо, — киваю, потому что для неё это важно.

Да что там, это и для меня важно. Хоть я до сих пор отказываюсь верить, что такое её состояние надолго, всякий раз опасаясь, что после её выписки всё вернется на круги своя, но в данный момент я тихо радуюсь. Хотя бы о том, что мне теперь будет что вспомнить, если вдруг…

— Я очень рада. — складывает она руки вместе, а глаза наполняются слезами. — Давно вы вместе, дети? — спрашивает она с любопытством.

— Не очень, — отвечает Оливия, — но планируем надолго.

— Серьезно? — слегка поддергиваю её я.

— Еще как! Даже не сомневайся!

Хмыкаю, утыкаясь губами ей в висок.

Не то, чтобы не верю… Это как с мамой — я не знаю, что будет после того, как о нас узнают её родители. Со своей стороны я буду бороться, выгрызать «нас» зубами, но как отреагирует Оливия мне неизвестно.

Моя жизнь — это словно жизнь одним днём. Только сегодня, в этот конкретный момент, потому что контролировать поступки других я не в состоянии. Но проблема в том, что их поступки заточены на мне. Так или иначе меня зацепит рикошетом. Пока я был сам — я ни о чем не волновался. Сам себе хозяин. Никто не мог причинить мне боли, если я сам этого не позволю. С Оливией так не получится. Наверное, именно поэтому я не позволяю себе углубляться в размышления о будущем. Я хочу Оливию. До одури хочу быть с ней и не думать, как будет потом. Хочу удерживать момент, пока мы с ней вместе, как можно дольше.

Знаю, что с каждым днём пришиваю себя к ней всё крепче и крепче, но оторвать не в состоянии. Пусть будет так. Пусть потом будет чертовски больно, но сейчас мы пришиты в одно целое. А это непередаваемый кайф.

По вискам стекает пот, сердце стучит почти в ритм танца, разве что немножечко быстрее.

Мы с девчонками движемся синхронно, и выглядит это превосходно. Стук крупных каблуков по полу, наша четкая и отлаженная работа ногами — это что-то невероятное. Как же я люблю, когда у нас так всё идеально складывается.

Делаю поворот и замечаю фигуру у двери. Скайлер.

Мало сердцу того, что оно и так неслось галопом, так теперь ещё и вверх подскакивает.

Скайлер стоит, опираясь плечом на косяк. Из двадцати семи девчонок его взгляд прикован только ко мне. Я чувствую его кожей, внимательный, любопытный. Немного смущаюсь. Я ещё не танцевала перед ним. Чирлидинг не в счёт.

Снова скашиваю в его сторону глаза и задыхаюсь. Никогда ещё на меня так не смотрели. С каким-то заоблачным восторгом, от которого мурашки бегут и бегут по коже. Едва не сбиваюсь. Становится ещё жарче.

Ему нравится то, что он видит, а значит у меня хорошо получается. Это ли не доказательство, что я занимаюсь не просто тем, что приносит мне удовольствие, а тем, к чему лежит моя душа.

После окончания репетиции я сразу же направляюсь к нему. Точнее не направляюсь, а подбегаю. Он тут же ловит меня за талию и прижимается губами к моим.

— Не надо, я потная, — сопротивляюсь, но ему плевать.

Широко улыбается.

— Ты обалденная, — выдает комплимент, от которого у меня ещё сильнее горят щеки.

— Понравилось?

— Очень.

— А я ещё так могу, — забыв о том, что девчонки выходят из зала, делаю несколько движений назад.

Некоторые, проходя мимо Скайлера, с интересом рассматривают его, бросают взгляд на меня. Знаю, что на него сложно не засмотреться. Весь такой немного расслабленный, он словно их даже не замечает. Наблюдает за тем, как я делаю перекрестное движение ногами, разворачиваюсь. Собираюсь остановиться, но он шагает вперёд, хватает меня за руку, подталкивая сделать оборот, я со смехом кружусь, а потом он ловит меня за талию и крепко прижимает к себе. Я застываю, захлебываясь в его расширенных зрачках. Только спустя секунду понимаю, что вишу в воздухе.