Книга Давай останемся никем, страница 17 – Элла Савицкая

— Зачем? Отец ведь даст тебе денег. Поверь, этого хватит на все нужды.

— Полагаться на кого-то не в моих правилах, — отвечает сухо и быстро доев мясо встаёт, чтобы отнести посуду в раковину.

Я хмуро наблюдаю за тем, как он наливает прямо из крана воду в стакан и выпивает ее несколькими большими глотками. Кадык на крепкой шее дергается на каждом глотке, а я зачем за этим наблюдаю ответить не могу даже самой себе. Наверное, все еще перевариваю информацию.

Я знаю, что многие подрабатывают в университете, но не думала, что и школьники занимаются подобным. Разве их вообще куда-то берут?

Вытерев губы тыльной стороной ладони, парень проходит мимо меня, но не дойдя до выхода, внезапно останавливается. Обводит взглядом ведерко с мороженым, а после поднимает взгляд на меня.

— Не возражаешь? — кивком головы указывает на мою ложку, пока подходит ближе.

— Конечно, нет. Угощайся. Ложки та…

Последнюю букву проглатываю, потому что Скайлер не удосужившись взять чистый прибор, забирает у меня ложку, набирает мороженое и съедает его.

Нагло и бесцеремонно.

Мгновенно теряюсь.

— Это вообще-то была моя ложка, — бурчу, попадая в прицел его серо-голубых глаз.

Меткий прицел, надо сказать. Чувствую себя так, будто он наводит на меня оружие и прикидывает куда выстрелить. В лицо или плечи. Именно по этим местам неторопливо гуляет его взгляд.

— Ты сказала ты не против.

— Я думала, ты спрашиваешь о мороженом.

Скайлер будто намеренно безотрывно наблюдает за мной. Его большие губы собирают всю сладость с ложки, а потом он протягивает мне ее обратно.

Выжидающе смотрит. Провоцирует.

Серо-голубые глаза пронзают, как иголкой. Один стежок, второй.

Нерешительно оборачиваюсь на ящик с чистыми столовыми приборами и обратно на него.

— Брезгуешь? — стреляет прямо в цель.

Но… Я не то, чтобы брезгую. Просто не привыкла делить с кем-то ложку или вилку. Это же личные предметы. У каждого должна быть своя.

А вот он привык, вдруг доходит до меня. Скорее всего, дети в интернате и из тарелки одной ели и из чашек пили. Поэтому он и не церемонится. Ест, как привык.

Вскидываю подбородок и, забрав у него в ложу, набираю мороженое и демонстративно съедаю его под его пристальным взглядом, всем своим видом показывая, что не дождётся. Пусть не думает, что меня так легко можно загнать в тупик.

Протягиваю ему обратно прибор. Скайлер еле заметно усмехается. И мне кажется, я замечаю легкую тень одобрения на его лице.

Хмыкнув, он съедает вторую порцию. Потом я свою. Опять он. И всё это молча. Мы просто смотрим как каждый из нас ест мороженое. Скайлер большими порциями, я маленькими, так как оно холодное, а я привыкла есть медленно, чтобы получить удовольствие от процесса.

Не знаю сколько мы так сидим, но по ощущениям всего несколько минут. Я как ни стараюсь, но до конца расслабиться не могу. Всё жду от него чего-то. Какого-то подвоха что ли, не знаю. Прошлый сильный страх отпускает, но при этом я все же помню, что за ним нужен глаз да глаз. А вот парень в отличии от меня выглядит довольно расслабленным.

Передав мне в очередной раз ложку, Скайлер спрыгивает с барного стула.

— Спасибо.

— Уже наелся?

— Много сладкого на ночь вредно, — кидает через плечо, направляясь к выходу.

Я хмыкаю.

— Спокойной ночи, Скайлер.