Книга Давай останемся никем, страница 47 – Элла Савицкая

Прикрываю глаза всего на секунду, а когда открываю — Скайлер опять смотрит на меня.

Улыбка у него красивая. С ноткой потаенной опасности, но обезоруживающая.

— Спорим, ты сейчас думаешь о том, чтобы я снова тебя поцеловал?

Ошарашенно округляю глаза, забыв о чем только что размышляла.

— С ума сошел! С чего вдруг?

— Потому что тебе это понравилось, и ты не можешь выкинуть эти секунды из головы с самого вчерашнего вечера.

Вот это наглость!

Пульс начинает частить, а щеки покрывает румянец. О чем он говорит вообще?

— Это неправда. Единственное, о чем я думаю, так это о том, чтобы меня скорее поцеловал Рой.

Скайлер внезапно выкручивает руль и съезжает на обочину. Поворачивается ко мне туловищем и резко приближается. Меня бросает в жар. Он так близко, что голова начинает кружиться и хочется выскочить на улицу. Но вместо этого я как приклеенная остаюсь на месте.

Сердце сейчас выпрыгнет, тук-тук…

— Ты хочешь, чтобы он тебя поцеловал только для того, чтобы скорее перекрыть воспоминания нашего с тобой поцелуя.

— Что? Нет. Это и поцелуем-то толком не назовешь. Детский лепет.

А потом происходит то, что выбивает у меня из легких весь кислород. Скайлер кладет руку мне на затылок и притягивает к себе. Его губы вжимаются в мои, и теперь он целует меня по-настоящему. Терзает губы, вынуждает дышать только его запахом. Я начинаю дрожать, потому что понимаю, что отвечаю. Кровь в венах бежит быстрее и закипает, разнося по организму странные ощущения. Острые, колючие, такие, которых я раньше никогда не испытывала. Накрываю ладонью его слегка колючую щеку и словно взлетаю над землей.

Это сумасшествие какое-то. Так нельзя!

— Вот это уже не детский лепет, — произносит он, оторвавшись от меня, а я понимаю, что не хочу, чтобы он останавливался.

Смотрю на его губы и чувствую, как кровь тяжело перекачивается сердцем. Усиленными толчками, оглушающими.

— Оливия? — зовет Скайлер, отводя у меня с лица прядь волос.

— Что? — пытаюсь ответить, но почему-то слова звучат только в моей голове.

— Оливия. Если не хочешь заночевать в машине, придется проснуться, — теперь его голос не наполнен теми чувственными нотками, что звучали еще несколько секунд назад.

В нём прохлада и равнодушие.

Открываю глаза и делаю вдох. Сердце сильно сбоит. Расширенными глазами смотрю на склонившегося надо мной Скайлера.

— Я уже думал, тебя придется нести в спальню.

Щеки горят так, будто на них искры танцуют.

Мне это приснилось? Впиваюсь в него вопросительным взглядом и не нахожу в лице ответа. Точно. Мне приснилось, что мы целовались.

Какой ужас!

Начинаю дрожать и быстро отдергиваю голову назад. Скайлер прищуривается.

— Что случилось?

— Как давно я уснула? — пытаюсь понять, что из случившегося мне приснилось, потому что сон практически не отличался от яви.

Я до сих пор ощущаю привкус его губ, и от этого теряюсь еще сильнее.

— Ты интересовалась есть ли у меня девушка, а потом отключилась.

Слава Богу!

Силюсь улыбнуться, но получается плохо.

— Устала сегодня, вот и уснула.

Скайлер подозрительно смотрит на меня, а потом выходит из машины. Я выскакиваю следом.

Что это было вообще? Почему с ним? Мое подсознание явно расценило первый поцелуй не так, как нужно было, и теперь вероятно тянется за добавкой, посчитав, что Скайлер — мой первый парень.