Книга Ты - моя паранойя, страница 2 – Элла Савицкая

Была моей, пока не сбежала.

— Горячие, правда? – хмыкает Макс, не узнавая её, хотя знаком. Я тут же поворачиваю голову, чтобы взглянуть на кого из них он пялится.

Прослеживаю полный слюней взгляд друга. На блондинку. Ок, пусть живёт. Он знает, что МОЁ трогать нельзя.

Встаю, хватаю со стола мобильный, запихиваю его в задний карман джинсов.

Сердце одурело стучит в висках, ноги сами несут вниз, к сцене, где пляшет моя золотая рыбка. Рыбка, что вернулась домой, а мне не сказала. И если учесть, что уже выступает и знает танцы, вернулась явно не вчера.

По сосудам ярость растекается, а ещё жгучее желание сгрести в объятия и поцеловать. Так поцеловать, чтобы задохнулась, зараза такая.

Плечами расталкиваю пульсирующий на танцполе народ, а сам не могу от неё оторваться. Внутри сосёт, нервы звенят, кровь с шумом гонит по венам, перегоняемая сердцем в несколько раз быстрее, чем в обычном состоянии.

Полгода… пол мать её года, я не видел её.

Музыка останавливается когда я дохожу до сцены. Свет тухнет, народ вопит. Коллектив благодарят за выступление, и Тара уже разворачивается, чтобы скрыться за кулисами, когда я ловлю её за ноги и снимаю со сцены под удивлённый писк.

— Эй, - возмущается, но тут же проглатывает дальнейшие нелестные слова, когда понимает, что это я.

Опускаю её на пол, заставляя проехаться по моему телу своим. Мягким, податливым, всегда воспламеняющимся в моих руках. Едва становится на ноги, тут же вскидывает голову.

Зажигание. Взрыв. Смотрю в эти ведьменские глаза и дышу через раз. Музыку больше не слышу, никого и ничего не вижу, кроме неё.

Красивая моя. Самая красивая. Длинные стрелки на веках, пушистые ресницы и огромные карие глаза, в которых на долю секунды мелькает растерянность, но уже через секунду сменяется на маску непробиваемости.

Это она умеет. Прикрываться безразличием, когда на самом деле внутри на части рвёт.

— Зак, - из-за музыки я не слышу её голос, но считываю свое имя с губ, которые целовал тысячи раз.

— Пойдём-ка, - разворачиваю её за талию и подталкиваю через толпящийся народ к выходу.

От прикосновения к упругой коже меня снова простреливает. Словно не к девушке прикасаюсь, а к источнику тока. Моему персональному источнику жизненной энергии, без которого подыхал шесть месяцев.

Не сопротивляется, идёт вперёд, походкой королевы, плечи в стороны, а я залипаю на лопатках, которые выглядывают из-под золотистого топа.

Внутренности жгутом сводит.

Проходим коридор, где значительно тише и наконец выходим на улицу.

Снаружи толпа народа, желающего попасть внутрь, поэтому чтобы не разговаривать при свидетелях, обхватываю холодную ладонь своей и веду Тару за угол.

— Зак, у меня сейчас следующий танец, - возмущается ведьма.

— Станцуют без тебя.

— Э, ты обалдел, - тормозит, пытаясь вырвать руку, но я слишком хорошо её знаю, чтобы предугадать этот порыв.

Сжимаю холодные пальцы и отпускаю только когда заворачиваем за угол.

Тара тут же складывает руки на груди и отходит на шаг.

— Привет, - говорит, а я держаться не в состоянии.

Обхватываю нахмурившееся лицо ладонями и целую. Похер на полгода, на то, что она могла за это время уже себе придумать черти что, я хочу почувствовать её.

Не обращая внимания на то, что Тара застывает и упирается мне в грудь ладонями, открываю её губы языком и проникаю им в горячий рот. Любимый рот, который я готов терзать часами, пока она стонать не начинает от избытка эмоций.