Книга Неблизкие, страница 42 – Элла Савицкая

Доктор достает из ящика капли и ставит их на стол. После этого протягивает мне список лекарств. Рассмотреть что — либо тяжело, так как буквы плывут, но это ничего. Я попрошу Максима купить все необходимое.

Выслушав еще пару наставлений, надеваю повязку с очками и выхожу из кабинета.

— Все? — меня тут же подхватывает Макс.

— Да.

— До свидания, — прощается Константин Сергеевич. — Жду вас двадцать девятого числа.

— Спасибо вам, хорошего дня.

— Ну что? Как ты? — Максим спрашивает, когда мы входим в лифт.

— Все в порядке и идет по плану.

— Ну и отлично. А ты переживала.

Ну да. Попробовал бы он не переживать.

После того, как мы выходим из кабины, направляемся к стойке регистрации, чтобы оплатить консультацию.

— Да нет же, смотри. На шестнадцать каким — то образом записаны Вавилов и Константинова, — говорит, как я догадываюсь, администратор.

— Как это возможно? — в ответ взволнованно звучит другой женский голос.

— Понятия не имею, видимо сбой какой — то. Впервые подобное.

— И что теперь делать?

— Кхм — кхм, — прокашливается Макс, — давайте мы оплатим визит, а то ведь если вам не сильно надо, мы и простым «спасибо» можем отделаться.

— Ой, извините пожалуйста. — спохватываются девушки, — С вас…

Администратор называет сумму, и я уже готовлюсь оплатить телефоном, потому что мама заранее мне скинула деньги за консультацию, но Максим мягко отводит мою руку в сторону и оплачивает сам.

— Пойдем, — подталкивает меня к выходу.

— Надо идти к Привиденцеву. Как — то распланировать время теперь. Черт, он же нас сожрет, — слышу, удаляясь.

Не повезло им. Хотя со мной врач был очень участлив и вежлив. Даже и не скажешь, что может быть строгим руководителем.

Но этот вопрос меня, на самом деле, волнует меньше всего. Главное, что лечение проходит хорошо и уже совсем скоро я смогу видеть.

Выйдя на улицу, мы неспешно направляемся к машине.

Я слева, Макс справа от меня.

И хоть я вчера жутко злилась на него, и не разговаривала, сегодня понимаю, что злиться больше нет смысла.

Должно быть, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы выбить для меня эту запись. Возможно, он заплатил или действовал через знакомых, я не знаю. Но я действительно благодарна, что в итоге не оставил этот вопрос решать мне и маме, а сделал все сам.

Поэтому приостановившись, я поворачиваюсь к нему.

— Спасибо тебе, — произношу искренне.

Слышу, как Макс усмехается и даже, можно сказать, вижу эту усмешку наяву. Немного нагловатую и самоуверенную.

— Спасибо в карман не положишь, стесняшка, — отобрав у меня трость и взяв за руку, он вдруг ведет меня в противоположную сторону.

Видимо, я шла куда — то не туда.

— А что же тебе нужно? — подхватываю его хорошее настроение.

На самом деле, я вчера действительно очень разочаровалась. Особенно после той его фразы про всю жизнь. Я понимаю, что у каждого человека есть что — то первостепенное, и отложить своё он был не в состоянии. Но это ощущение незначительности было…жутко неприятным. Особенно, моей незначительности для него…

— Поцелуй сойдет для начала, — отвечает легко, словно не накосячил вчера.

— За что? — ахаю возмущенно, — За твою же безалаберность, которую ты ладно уж, исправил?

— Ну исправил же.

Мы останавливаемся.

— За безответственность?

— Тоже исправил.

— За несерьезность?