Книга Узел, страница 48 – Оксана Сергеева

Я бросаю эти слова просто так, в пылу гнева, уже поворачиваюсь, чтобы уйти в спальню, и совсем не ожидаю услышать:

— Так ему ты нравишься, а не я.

— То есть, если бы он подкатил к тебе, ты бы согласилась? — повернувшись к подруге лицом, ошарашено переспрашиваю.

— Нет, ты что! — смеется Тоська, но мне уже не смешно.

— Только попробуй подойти к нему. Я не буду церемониться. Забудь тогда о нашей дружбе.

— Настя, что за глупости!

— Я тебя предупредила. С меня «мисс Ноябрь» хватит, — отрезаю я и скрываюсь в спальне.

Знаю, что все сказано сгоряча, просто день у меня выдался такой. Сначала с матерью скандал, потом Демьян со своими притязаниями, а на десерт Леднёв, который основательно подорвал мое самообладание. Все это на эмоциях, и Тося не виновата, но просить прощения за свои резкие слова не буду. Если Тося вздумает закрутить романчик с Никитой, я разговаривать с ней не смогу, не то что дружить.

— Насть… — Дверь тихо открывается, Таисия присаживается на кровать и трогает меня за плечо. — Извини меня, слышишь? Прости.

— За что? — удивленно высовываю нос из-под одеяла.

— Знаешь, — тихо говорит она и забирается ко мне в кровать, — я до этого момента даже не думала, что у тебя так все серьезно. Я понимала, что он тебе нравится, но не думала… что ты на самом деле так переживаешь из-за него… что тебе больно…

— О, да, — горько смеюсь я, — Климова же не может переживать, Климова не человек, она не умеет плакать.

— Перестань, — морщит Тоська нос, — я же знаю, какая ты на самом деле.

— Какая? — спрашиваю я с иронией.

— Хорошая, — она наваливается на меня и обнимает за плечи. — Ты всегда мне помогаешь…

— Поверь, это не сложно.

— Может быть. Но почему-то ни о ком другом я такого сказать не могу. И мне кажется, что рядом с тобой я тоже становлюсь сильнее. Во всяком случае, тоже могу разыграть несгибаемость.

— Сильный характер сыграть невозможно.

— Это точно. Если ты тряпка, то это на всю жизнь. В конце концов, Климова, я с тобой живу! И не смей даже думать, что у меня с Никитой что-то может быть. С кем угодно, только не с ним. Я тебе клянусь!

— Вот и слава богу, — ворчливо отзываюсь я. — Правда, подруга из тебя все равно хреновая.

— Почему? — расстроено говорит Тося.

— Потому что! Ладно мы с Ником идиоты, у нас мозги отрубает, когда мы рядом, ты-то куда смотришь! Какой нам вместе Новый год?

Тоська испускает короткий смешок, но быстро усмиряет себя, чтобы не уязвлять мои чувства.

— Тогда отбой. Не будем его звать на наш Новый год.

— Ты его уже позвала, а он уже согласился.

— Блин, он точно будет не один, он придет с ней.

— Пусть приходит с ней. Я ее прикопаю под ближайшей сосенкой. Мы же на твоей даче будем гулять. Там рядом целый лес сосен.

— Эй, ты обещала вести себя прилично!

— Я обещала не собачиться с Леднёвым, но я не обещала расцеловываться в обе щеки с той проституткой, с которой он сейчас спит.

— О, да, — хихикнула Тоська. — Чувствую, праздник будет жарким. Кстати, что там у тебя с машиной?

— Нет у меня теперь машины.

— Как нет?

— Вот так, — признаюсь я. — Я ее у родителей оставила. Как и пальто, и золото, и шубу я не забрала, хотя собиралась…

Коктейль из уязвленных чувств и алкоголя может сыграть злую шутку…

Настя

— Сними это, — приказывает Тося. — Этот убогий розовый… господи, вот уж не думала, что есть люди, которым не идет этот цвет.