Книга Раскалённый капкан. Ставка на выбывание, страница 59 – Оксана Сергеева

ГЛАВА 14

— Господи, Маруся, да неужели! Совсем ты пропала, ни слуху ни духу, — засмеялась Эльвира, стискивая подругу в объятиях.

— Ой, не говори, не выберешься к вам. Две недели после Тибета в себя прийти не могла, Москва как другая планета. Держи сумку. Аккуратнее.

— Что там?

— Еда, конечно. Что еще, — выдохнула Машка и сняла куртку, воодушевленно готовясь провести приятный вечер с подругами. Особенно радовало, что собирались они у Эли, а не у Инны. — Просила же не заморачиваться, я все с собой привезу. Тут стейки жареные, соусы разные, картошка фри. Все самое вредное. И сладкое еще. Одно нам, одно я домой увезу.

— Я в холодильник пока уберу.

— Ты только напомни, чтобы я не забыла. А то Виталичка расстроится.

— Обязательно. Как хорошо, что мы дома собрались. В ресторане ни поржать, ни поматериться.

— А Инна нас почтит своим присутствием или нет? — с мягкой иронией поинтересовалась Маша, поняв, что в квартире они с Элькой пока одни.

— Должна. Вы так и не общаетесь?

— Общаемся. Короткими сообщениями. — Вдаваться в подробности не хотелось, так и не смылся осадок прошлой встречи. Общались они с Инной теперь натянуто и редко. Возможно сегодняшний вечер что-то изменит.

— Зацени. Круто? — Элька ткнула пальцем в большое зеркало, стоящее на полу в прихожей.

— О, шикарно, — восхищенно отозвалась Маша, тронув резную дубовую раму.

— Неделю назад приперла.

— Да, ты ж давно хотела. Все. Теперь и я такое хочу. Только позолоченное.

— Машка, на любой вкус и цвет можно найти.

— Ага. Только мне куда его припереть потом. Бажину, что ли?

Пока накрывали на стол, захмелели от смеха и приятного ожидания.

— Красота какая, будто это я целый день за плитой стояла. Все горячее еще. Если Инка не задержится, то можно и не греть ничего. Как вы отдохнули, расскажи? Где были, что видели? — спросила Эльвира.

— Нигде не были.

— Как это?

— Вот так. Только пили, ели и трахались. И все. Нигде мы не были, ничего не видели. И, представь, даже не расстроились.

Эля расхохоталась, взяла одной рукой два бокала, и они звякнули, слегка ударившись друг о друга пузатыми боками. Звон этот слился с ее веселым смехом, и Машка почувствовала, как страшно соскучилась по всему этому. По их разговорам, пошлым шуточкам и скабрезным обсуждениям.

— Я бы тоже не расстроилась. Ой, Машка, как ты хорошо выглядишь. Блестишь и сверкаешь. Вся гладенькая, отполированная.

— Угу, Бажин хочет, чтобы его девка блестела, вот я и блещу. Это вот знаешь, как на животных колокольчики вешают, чтобы не потерялись, так и я хожу побрякушками гремлю, чтобы не потеряться. Блин, я так есть хочу, где Инку носит.

— Я не про побрякушки, а про то, что у тебя глаза сверкают и ржешь ты во весь голос.

— А-а-а.

Кроме протяжного «а-а-а», Александрова ничего не сказала, и Эля спросила прямо:

— Влюбилась?

— Нет.

— Да ладно, — не поверила подруга.

— В Бажина нельзя влюбляться. Ни при каких обстоятельствах, — снова засмеялась Машка, — а то потом можно с катушек слететь. Когда-нибудь все закончится. Я уже и так подзадержалась. Думала, в отпуск слетаем вместе, и все. И вот уже больше месяца с ним живу.

— А чего тянешь тогда?

— Так повода нет бросить. Чтобы мужика бросить, повод нужен!

— Да, это точно. Нельзя мужика без повода бросать. А если серьезно?