Книга Райская птичка, страница 108 – Оксана Сергеева

Как только они ступили на асфальт, он немного успокоился. Прекратил свою безумную гонку, но прижал её теснее к себе. Может, и хорошо: надоело спотыкаться. Энджел ни разу не задумалась, как это выглядит со стороны. Раз он не думает, незачем и ей себе голову заморачивать.

Перед тем, как открыть дверцу, он прижал её к машине и проговорил сквозь стиснутые зубы:

— Я тебя трахну так, что ты и думать забудешь о других мужиках!

Обомлев, она распахнула глаза и приоткрыла рот, чтобы ответить, но он резко отпрянул и затолкал её в машину. Она успела немного отодвинуться, чтобы в пылу злости он ей что-нибудь не прищемил. Может быть, водитель и хотел помочь, но не успел. Через секунду Данте сидел рядом с ней, и машина тронулась с места. И, кстати, водитель не спросил куда ехать.

Она отдышалась. Во рту ужасно пересохло и захотелось чего-нибудь глотнуть. Энджел подтянула платье на груди и расправила складки на бёдрах. Поясок перекрутился, и его она тоже поправила, выровняв пряжку по центру. Удивительно, как платье не слетело с неё, пока они неслись к машине. Водитель невозмутимо управлял авто. Будто и не заметил, что появился второй пассажир.

— Куда мы едем? – Энджел нарушила молчание первой. Если Данте думал, что она будет сидеть в уголке тихонечко как мышка, то он ошибался. Глубоко и сильно. Непонятно, что сам он хотел разглядеть в окне, но всё это время он сидел, уставившись именно туда. Вместо ответа он повернулся к ней и чётко проговорил:

— Ты меня достала.

О, это, по всей видимости, было более чем важное заявление и нужно было сохранять серьёзность.

Вместо этого она хихикнула. Кто кого достал больше – вот это вопрос.

— Прекрати.

Рассмеялась.

— Прекрати! – рявкнул он, но она развеселилась ещё больше.

Похоже, это нервное. Точно, нервное. Истерика. Потому что как такового повода для веселья не было.

— Мама дорогая, ты ревнуешь. Ты приревновал к Дэвиду?

— И как ты догадалась! Просто поразительно! – сыронизировал он и всплеснул руками.

— Он просто мой хороший знакомый и брат Каролины. – Сама того не желая, она начала оправдываться.

— У него, что… прости… член отсох или он гей? – Он взял её за лицо, заглянул в глаза и снова отпустил. - Ты себя в зеркало видела?

— Если ты ещё раз скажешь нечто подобное, я сниму туфельку и покалечу тебя. – Весёлость как рукой сняло. Она отодвинулась от него подальше, насколько позволял салон автомобиля.

Он снова отвернулся к окну и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.

— Как-то всё у нас не так…

— Поразительно, и как ты догадался! – Его грубость вызвала ответную реакцию. Она съязвила, снова передразнив его.

— Давай начнём всё сначала. Как это полагается… свидания, цветы, подарки… - Надо отдать ему должное, он постарался взять себя в руки. И у него почти получилось. Вот только голос ещё пока был больше похож на рычание.

Она уставилась на него немного ошарашенно.

— Это шутка? – Не знала, как реагировать. Но думать не пришлось. Он приказал остановить машину, вышел сам и выволок её.

— Данте, ну куда опять? – Туфли, конечно, были удобные, но всё же не для того, чтобы преодолевать марафонские дистанции.

— Пошли, - только и сказал он, захватив бутылку шампанского, что была припасена в баре.

— Вот уж не думала, что ты захочешь искупаться в такое время.