Книга Райская птичка, страница 26 – Оксана Сергеева

Лили… От одного имени этой девушки начинала болеть голова. Определённо, в её жизни наступила чёрная полоса. Сколько ещё она сможет выдержать эту свиристелку, не представляла, но уговаривала себя быть терпимее, хотя самое лучшее в этом случае - и вовсе её игнорировать, нервы будут целее.

С такими мыслями она вошла в здание компании, не подозревая, как сильно ошиблась, потому что своего «инквизитора» встретила гораздо раньше - ещё до того, как добралась до рабочего места и столкнулась со злополучной соседкой по кабинету. И на этот раз в этой неблаговидной роли выступил совершенно другой человек. Тот, который накануне не выходил у неё из головы, а теперь материализовался в лифте. И ему не нужно было верещать над ухом целый день как Лили, а достаточно посмотреть на неё и помолчать, стоя рядом.

Нет, два слова он всё-таки сказал...

Ровно за пятнадцать минут до начала рабочего дня Энджел шагнула в лифт. И едва, с лёгким жужжанием, двери начали сжиматься, в кабину вошёл он. Его появление трудно было назвать неожиданностью, скорее, лёгкой встряской с утра. Так и хотелось отступить, уперевшись спиной в заднюю стенку, но она заставила себя стоять на месте. Только бросила взгляд на часы, отметив время. Данте не поприветствовал её, но правила приличия требовали, чтобы она это сделала.

— Доброе утро, - спокойно произнесла Энджи. Никак не смогла заставить себя добавить официальное «мистер Конти». Вообще никак не могла его называть, потому что в голове упорно сидело просто «Он», каким она его знала. И сейчас этот образ спорил с действительностью, нарушая её равновесие. О равновесии и спокойствии рядом с ним и говорить нечего. Около него она забывала даже дышать, испытывая странное непривычное волнение.

— Доброе утро… - отрешённо сказал Данте, но показалось, что про себя он что-то добавил. Чувствовала по интонации, что предложение не закончено.

На этом разговор закончился. Она не смотрела на него, но знала, что он не отрывает от неё взгляда, пристально рассматривая, и это чувствовалось как осязаемое прикосновение. Пальцы тут же дрогнули, шевельнулись в попытке разгладить, образовавшиеся складочки на подоле платья, хотя ткань была практически немнущаяся, как и всегда. Крайне редко она покупала готовую одежду, чаще шила на заказ у одной и той же портнихи, подбирая качественную ткань. Поэтому вещи всегда сидели идеально по фигуре, подчёркивая достоинства, и скрывая недостатки.

Он всё смотрел, и она внутренне следовала его горячему, прожигающему насквозь взгляду. Складки на платье… Волосы… Руки так и тянулись поправить спутанные пряди, которые разметал лёгкий ветерок и, казалось, она вся растрёпана. И удобное платье, одно из любимых, стало слишком тесным и чересчур обтягивающим. Короткие рукава почти полностью открывали руки, которые тотчас покрылись мурашками. Она прокляла себя за эту реакцию, моля только о том, чтобы он этого не заметил. Провела ладонью по предплечью, сделав это медленно, старательно скрывая собственное смятение. И стойкие духи, какими обычно пользовалась днём, теперь представлялись чересчур резкими. Он, несомненно, чувствовал их аромат в этом тесном помещении. Чувствовал часть её. Словно забирал часть её.

Одним своим присутствием он полностью нарушал её гармонию, будучи из тех мужчин, при виде которых женщины говорят – «…ком в горле» или «…сердце из груди выпрыгивает».