Книга Палитра счастья, страница 127 – Оксана Сергеева

— Ну? — Мюллер снова помахал снимком, повторяя свой вопрос. Ювелир взял его в руки, делая вид, что изучает предоставленное его глазам лицо на фото.

— Нет, — уверенно изрёк он, после пяти минут усердных дум.

— Точно?

— Точно.

Два старательных кивка головой должны были убедить Мюллера в его правоте, но этого не произошло. Он убрал фотографию во внутренний карман пиджака и лениво оглядел помещение.

— Н-да, Стьюи, — он сознательно пренебрежительно назвал его уменьшительным именем, — дела у тебя идут, видимо, неважнецки совсем …

Стью занервничал, его пальцы дрогнули, но он попытался не подать виду.

Мюллер отошёл от стеклянной стойки, за которой стоял ювелир, прошёлся около витражей с выставочными работами драгоценных украшений.

Прошёлся раз, другой и остановился посередине комнаты, небрежно засунув руки в карманы.

— Что? Дружки больше не пользуются твоими услугами? Или у них появился более выгодный покупатель?

Стью напрягшись, застыл на месте. Он делал свою привычную работу, определял подлинность драгоценного камня в массивной золотой оправе. Но по сути это была всего лишь жалкая попытка избежать пронзительного колючего взгляда нежданного и далеко нежеланного визитёра.

— Короче так, — Мюллер энергично шагнул обратно к столу, — Сдам-ка я тебя, наверное, своим ребяткам из одной известной тебе организации. И дело с концом. Надоело мне с тобой сюсюкаться. Так что — не знаешь, так не знаешь, — он постучал кончиками пальцев по стеклу, но к выходу не поспешил, он даже туда не собирался, а стоял оперевшись на стойку, ожидая соответствующей реакции на свои слова.

— Я не могу тебе ничего сказать, — промямлил ювелир.

— А ты и не говори, Стьюи. Ты просто кивни. Я сейчас тебе это фото ещё раз покажу, а ты кивни, если это он, — Мюллер говорил с ним издевательским тоном, будто тот был либо малолетним ребёнком, либо идиотом. Второй вариант был предпочтительнее, хотя и говорят, что у осьминогов самый высокоразвитый мозг, пусть и среди беспозвоночных.

Он снова достал снимок и положил на стол.

Небольшое фото, на котором был изображён молодой человек.

Стью быстро кивнул, будто опасаясь, что этот жест заметит кто-то ещё, хотя в ломбарде кроме них никого не было.

— Ну, вот и славно, — ехидно улыбнулся Мюллер. — Поощрения не жди. Тебя и так неплохо кормят.

— Куда уж мне, — обречённо вздохнул ювелир, когда звенящие колокольчики над дверью известили, что та захлопнулась, скрыв за собой нежеланного гостя.

От ломбарда Мюллер прошёл пешком квартал, потому свернул в тихий и грязный проулок между дешёвым китайским рестораном и ещё какой-то подобной забегаловкой.

Он скривился от запаха и ускорил шаг, переступая через какие-то отбросы и мусор. Выйдя на соседнюю улицу, он забрался в свою машину и тронулся с места.

Только отъехав от места на пару кварталов, он довольно улыбнулся и стукнул по рулю кулаком.

— Да! — победно воскликнул он, достал сотовый и набрал номер, радостно ответив, когда трубку взяли. — Серж! Я его нашёл!

— Дуй в контору!

— Уже еду!

— Чего рисуем?

Эва вздрогнула, как и всегда, выведенная из состояния полного погружения в процесс работы, пребывая в творческом вдохновении.

Причём мир это был нарушен незнакомым ей человеком, а точнее мужчиной.

Она выглянула из-за своей полиэтиленовой ширмы, и решила ответить в тон на столь бесцеремонное вмешательство.