Книга Палитра счастья, страница 182 – Оксана Сергеева

С грохотом тарелка полетела на пол но не разбилась, когда Эва выхватив, швырнула её на пол.

— Не бьётся, — со злостью прошипела она.

Он молча сдёрнул бокал с полозьев на барной стойке. Звон разбитого стекла огласил комнату, не успел он поставить его на стол. Следом раздался лёгкий скрип, когда он снял второй, тут же сменившийся соответствующим звуком, когда второй бокал для вина разлетелся на мелкие осколки. Ян внимательно посмотрел на её, оценивая, хватит ей этого, или ему продолжить свою помощь в столь благородном занятии.

По лицу её было понятно, что этого мало и он поставил ещё один. Эва помедлила, но швырнула его вслед за первыми двумя. Звон последнего подействовал отрезвляюще. Словно произошёл тот самый выплеск эмоций, словно весь негатив наконец нашёл тот самый выход. Вмиг стало легче, но с этим облегчением пришло и другое состояние. На глаза навернулись слезы, пришло осознание всей глупости и абсурдности сложившейся ситуации. Стало безумно жалко себя и те красивые бокалы, что она разбила. Стало стыдно за собственное поведение.

Ведь просил же он поговорить спокойно! Нет! Надо было скатиться до битья посуды!

Никогда в жизни она не предполагала, что может вести себя вот так. Никогда не считала себя истеричкой, но сейчас показала себя во всей красе. Показала себя именно такой.

Она всхлипнула и спрятала лицо в ладонях.

— Вот дура… — проговорил Ян прижимая её к себе. Характеристика, что он ей дал, совсем не вязалась с тоном, каким он говорил это. — Идиотка…

Теперешние её попытки оттолкнуть его не прошли так успешно, хотя они были, но не такие активные. Он прижал её к себе, так крепко, что она перестала барахтаться, а обняла его за плечи и уткнула в шею мокрое от слез лицо. От её слез, которые обжигали его душу. Он готов был сделать всё, что угодно, лишь бы она не плакала. Всё, что угодно… Перебить в доме всю посуду — это было самое малое на, что он был готов пойти ради неё. Только чтобы она не плакала. А она плакала, тихо всхлипывая, изредка вытирая лицо ладошкой.

— Куда ты меня тащишь? — задержав дыхание, спросила она, почти ровным голосом.

— В спальню. Пойдём искать другой выход твоей неуёмней энергии.

Она лишь прерывисто вздохнула, отметив многообещающую хрипотцу в его голосе и собственное участившееся сердцебиение.

— Всё-всё… перестань… — прошептал он, когда снова раздались её слёзные всхлипы.

— Оставь меня… Я хочу побыть одна, мне нужно подумать… привести себя в порядок, — просила она.

— Ты уже побыла одна и подумала. Хватит на сегодня, — он поставил её на пол. Она поняла, что он принёс её в ванную.

— Раздевайся, — бросил он и включил воду.

— Нет, я уже была в душе. Не пойду, — возразила Эва и повернулась к зеркалу, сразу оценив следы своего нервного буйства — покрасневшие глаза, чуть припухшее от слез лицо. Она не умела плакать «красиво», как некоторые, или как в кино — пустить пару слезинок, тихо, без всхлипов и рыданий навзрыд.

— Я не был. Раздевайся. Или я сам затолкаю тебя туда. Прям в сорочке, — спокойно говорил он, медленно стягивая футболку. Спокойно, но властно. Почувствовав его настроение, она не стала спорить с ним, было что-то в его взгляде сейчас, что заставило её подчиниться. Без слов и дальнейших споров. Что-то было, что заставило её почти ровное дыхание сбиться. Смиренно она спустила тоненькие бретельки с плеч. Душ так душ! Ещё пятнадцать минут водных процедур за сегодняшний день она в состоянии выдержать.