Онлайн книга «Палитра счастья»
|
А что потом — не важно, не хочу И знать, и слышать, думать, что там, завтра. Сейчас я забываю, я молчу, Закрыв глаза, убив всех знаний правду. Сейчас все хорошо, а как придет закат, Так будет жизни этой окончание. Сомкнутся ледяных объятья врат. Оправдан риск — неистово отчаянье… И снова я, убитая собой, И снова по крупицам душу собираю. Не важно! Пусть лишь миг, но ты был мой. И это в памяти я нежно охраняю. Отчаянье неистовых глубин… Люби, рискуй — эмоции предела. Я помню, как душа от страсти пела. Я знаю покорение вершин. март 2011 Глава 30 Перед глазами замелькали белые пятна. Белые, потом цветные и радужные. А после свет ослепил его. Обычный дневной свет, от которого резало глаза. Он тут же прикрыл их, и это простое движение век отдалось болью в голове и во всем теле. Собственно, и тела он не чувствовал, только одну лишь боль — тупую и тяжёлую. А потом снова темнота. Только на поверхности сознания, на той узкой и зыбкой её полосе, которая отделяла его от былого забвения, слышались громкие голоса. Кто-то настойчиво звал его по имени, но он не мог отозваться. Никак не мог, хотя и пытался. Яркими вспышками возникли последние моменты, что он запомнил. Как упал, так и не поняв в чем дело. Тело не слушалось, рухнуло на землю. Он только прикоснулся к левой стороне чуть выше сердца, почувствовав под пальцами тёплую липкую влагу. «Опять…» — пронеслось в голове, и это было последнее, что он помнил. Суета вокруг всё не унималась. Господи, какой противный голос! А окутывающая темнота была такой приятной… Мягкой… Густой… Он чувствовал себя как в желе. В приятном желе. Не скользком и подрагивающем, а в упругом, крепком, то выпускающим его на поверхность, то снова засасывающим на глубину. На тёмную холодную глубину, а в те редкие короткие моменты прояснения кроме светлых размытых бликов ничто больше не связывало его с окружающей действительностью. Что-то мешало выйти и остаться там, что-то тянуло обратно, грозя больше никогда не выпустить… Голоса затихли, остался только неясный гул, утихший с затопившей разум чернильной темнотой. — Что с тобой? — А что со мной? — Ты выглядишь чуть лучше, чем сама смерть — вот что с тобой. Нельзя себя так изводить, — он смотрел на неё таким пристальным взглядом, словно хотел прочитать её мысли и это начало раздражать. Не собираясь поддаваться очередному приступу, Эва опустила веки и глубоко вздохнула, но удержаться от колкости всё же не смогла. — Спасибо за комплимент. И я не извожу себя, просто плохо чувствую. Сегодня она еле выползла из кровати. Тело болело, будто по ней проехалась машина или она сутки провела в спортзале, выдавая спортивные рекорды. Непонятная тяжесть давила на плечи, так и клонив её в горизонтальное положение. Она побродила по квартире, уговорила себя на душ, но самочувствие не улучшилось. Мысли о еде не внесли долгожданного позитива, поэтому прекратив сопротивление, она перебралась в гостиную и приняла лежачее положение на удобном диване. — Эва, прекрати, — он мягко одёрнул её. — Я даже уверен, что ты сегодня ещё ничего не ела. Нехотя она села, подобрав под себя ноги. Рычать на Даниэлла не было смысла, тем более ко всем её бедам он не имеет никакого отношения. — Извини, просто сейчас я не самый приятный собеседник, — начала оправдываться она. — Не обращай внимания. А вообще, я и вправду сегодня ничего не ела, — прозвучало признание, и шумное урчание подтвердило её слова. Она приложила руку к животу, несколько секунд словно прислушивалась, а потом потянулась, чувствуя, что ломота в теле почти исчезла. |