Книга Палитра счастья, страница 48 – Оксана Сергеева

— Отвали, Ян… Я никого не хочу… видеть… тебя… особенно… — заплетающимся языком ей как-то удалось что-то пролепетать. Но тут же она забылась, провалившись в туман, в беспамятство.

— Чем тебя накормил этот придурок! — приглушённо прорычал он. — Придушил бы собственными… — Тут ему пришлось прерваться, услышав голос Селесты, которая ответила ему после первого же гудка.

— Срочно звони Джеферсону! Пусть ждёт на проходной! Я скоро подъеду!

— Ян? Что- то случилось? С тобой?

— Не со мной! И не задавай глупых вопросов! Звони, давай! — В этот момент было совсем не до церемоний.

Он сунул телефон в карман пиджака, попутно роясь в шкафу, выбирая, что напялить на Эву.

— Да, на хрен всё… — сгрёб её вместе с простыней.

Старик Билли изумлённо наблюдал, как Грант выскочил через боковой вход, что-то неся в руках, точнее, кого-то, как заметил Билли, при ближайшем рассмотрении. Такую скорость, с которой передвигался босс, Билли ни разу не довелось наблюдать.

— Дверь! Скорее! Чего застыл?!

— Мисс…

— Дуй в клинику! Мигом! У тебя есть прекрасная возможность показать, на что ты способен, Билли. И только попробуй поймать хоть одну пробку!

— Я и не знал, что ты так быстро бегаешь, Ян.

— Билли…

— Понял. Молчу.

Ян почти пожалел, что дал Билли такую свободу. Но пожалел не из-за боязни, что он их убьёт, а удивлялся, почему до сих пор их не остановила полиция, так как одинокий старик Билли, бывший призёр гонок «Наскар», а ныне водитель Яна Гранта, летел на такой скорости, и по таким улочкам, о существовании которых Ян доныне и не подозревал.

Он примостил Эву на груди, закутав в простыню, повторяя про себя проклятья, все какие только имелись у него в голове, а имелось их немало.

Её начал колотить озноб, лицо серело, покрываясь чуть ли не зелёными пятнами. Иногда она открывала глаза, и Ян пытался говорить с ней, но толком так ничего и не смог добиться. Глаза её были туманными, выражение их — бессмысленное. Сначала она отбивалась, потом стала теснее прижиматься, будто от холода. Ян кое-как стащил с себя пиджак и накинул на неё.

Единственное, что ему удалось узнать из её бессмысленного шёпота, так это то, что сначала её тошнило, потом жутко заболел живот, и она напилась обезболивающих таблеток.

Собственное бессилие бесило. Ничего он не мог сделать, чтобы ей стало хоть чуть-чуть легче. Не мог он одним своим желанием избавить её от боли, жара и других симптомов явного острого пищевого отравления. Было невыносимо видеть её такой бесчувственной и померкнувшей. Без жизни и света.

Что же ты такого съела, малышка? Ян погладил её по волосам, глянув в бледное лицо. Она морщилась, стискивала зубы, утыкаясь носом в его грудь.

Домчались они за несколько минут, хотя Яну они показались вечностью.

— Получишь премию, — пообещал он Франсу, вытаскивая Эву из машины.

В проходе Ян бесцеремонно, ничуть не смущаясь, растолкал каких-то старушек, прокладывая путь в приёмное отделение, где уже видел, мелькавшего у стойки администратора, Джеферсона.

— Кто это? — прозвучал первый и вполне естественный вопрос после короткого приветствия.

— Эванджелина Лэнгли. Предполагаю, острое пищевое отравление.

— Давайте, ребятки, на второй этаж её. И все соответствующие анализы, — живо начал командовать санитарами и врачами Джеферсон. — Заполните карточку пациентки, мистер Грант.