Книга Перерыв на жизнь, страница 51 – Оксана Сергеева

дает понять, что точно вынесет дверь, если Рада не впустит его сама.

После некоторой заминки Дружинина отступает, пропуская его.

А он проходит мимо нее, в гостиную и застывает посреди комнаты. Ждет. Рада все еще мешкается у входной двери. Да,

напрасно она ждала, что Гера скажет все, что хотел, у порога. А потом развернется и уедет.

Она проходит следом и впервые жалеет, что так и не удосужилась купить диван. Сейчас бы забиться в него, в самый

уголок.

— Кофе? — спрашивает и бессмысленно оглядывается, словно ищет, куда бы спрятаться. Но спрятаться негде.

Разумеется, предлагая Гере кофе, действует она не из вежливости. Ей хочется увести Артёма на кухню и там

отгородиться столом, спрятаться за чашкой, отвлечется. Гера выговорится, пока будет пить свой кофе, а потом уйдет

домой. Нужно поскорее выпроводить его. Нужно убедить его, что все кончено. Ну почему он не понимает с первого раза?

— Не-е-т, — протягивает он и недобро ухмыляется. — На сегодня кофе я уже напился. А теперь расскажи-ка мне, дорогая,

что это за истерика? — с нажимом произносит он. Так словно давит ей на плечи. Его «дорогая» сжимает ей виски тупой

болью.

— Где ты видишь истерику? — Не подходит близко. Замирает у стены и скрещивает руки на груди. — Нам говорить не о чем.

Я тебе все сказала. Я встречаться с тобой не хочу. Хочу, чтобы ты исчез из моей жизни.

— Ну и?..

— Что? — вскрикивает она, теряя терпение. Кровь приливает к щекам, глаза блестят лихорадочно. — Я тебе мало сказала?

Зря она повысила голос. Это, кажется, взбесило Гергердта. Он подходит к ней. Давит на нее взглядом, чуть-чуть

пригибаясь. Лишает ее личного пространства, заставляя вжиматься в стену.

— Тебе сон плохой приснился? Или звезды нагадали, что сегодня срочно надо замутить расставание? Нет, так не пойдет. Я

уж не говорю, что по роже ни за что получил.

— Артём, я не хочу с тобой встречаться. И дело не в том, спал ты с той девкой, или нет — упрямо повторяет она.

— Это очевидно. Ты же даже не спросила ничего. Предоставила мне право самому догадаться. Я и догадался. Ты хотела

представление — ты его получила. Правда, сцена какая-то дешевая совсем вышла, но ладно. В чем проблема?

Рада меняется в лице. Упрямство уходит, и в глазах ее появляется что-то ему незнакомое. Она кладет ладони на его

плечи. Несмело. Едва касаясь.

— Артём, оставь меня. Оставь. Я прошу тебя. Это не представление. Я не хочу с тобой быть. Я не могу. Пожалуйста, прошу

тебя, оставь меня в покое, — молит она, вцепившись в его кожаную куртку. Ты хочешь поиграть в настоящие отношения, но

это не со мной. Найди себе другую. Не со мной.

А он усмехается:

— Что тебя смущает?

Смущает? Рада издает истеричный смешок и бросает случайный взгляд на часы. Гергердт не оставляет этот жест

незамеченным, и весь едва уловимо меняется. Подтягивается, что ли, напрягается. Медленно поворачивает голову к двери.

И возвращает взгляд к Дружининой. Чуть наклоняет голову набок. Он смотрит на нее остро, угрожающе. В черных глазах

понимание. Догадка.

— А давай кофе, — едко улыбается. Пальцы вцепляются в бегунок молнии, и Гера расстегивает куртку. Все его движения

нарочито неспешные и точные. Он возвращается в прихожую, вешает куртку на вешалку, проходит на кухню.

К горлу подкатывает тугой ком; Рада уже не хочет поить Артёма кофе. Она хочет, чтобы он ушел. Немедленно! Ему пора