Книга Ты у меня одна, страница 69 – Оксана Сергеева

Гергердт кашлянул, прочищая горло, поднялся с места и взял пиджак, который небрежно бросил на краю длинного стола.

— Юлия Сергеевна, уважаемая, чрезвычайно рад видеть, — тщательно изображая манерность, приветствовал мать друга. Та, меж тем, быстро чмокнула сына и снова остановила на Артёме пронзительный взгляд.

— А куда это ты убегаешь? Расскажи хоть, как у тебя дела?

— Боюсь я вас, Юлия Сергеевна. Начинаю рядом с вами себя человеком чувствовать. И мне даже мерещится, что у меня есть совесть, — натужно улыбнувшись, натянул пиджак.

— Все жизнь празднуешь? — вздохнула.

— Яволь, майн фюрер, никак не могу доверить это дело кому-то другому. — Одернул лацканы и поправил на запястье золотые часы. — Иван, время у меня есть, но оно стремительно уходит.

— Тогда пойдем пообедаем, поговорим заодно.

— И этот убегает! — шутливо возмутилась мать и перехватила сына за локоть. — Тоже потерялся, про всех забыл.

— Не потерялся я. И ни про кого я не забыл.

— М-м-м… — кивнула понимающе и прямо спросила: — Как Алёна?

— Прекрасно, — ответил он, и от Юлии не укрылось, что лицо сына осветилось каким-то новым чувством, которого она раньше никогда не замечала.

— А почему вы не приходите к нам в гости? На ужин, например? Мне так хочется с ней поболтать… может быть, посоветовать что-нибудь… — Юлия смахнула с плеча сына несуществующую пылинку.

— Так вы не приглашаете. — Заметив ироничный взгляд матери, Иван ответил ей тем же.

— Так ты специального приглашения ждешь? — искренне возмутилась.

— А как же.

— Мы приглашаем, да, папа? — посмотрела на мужа.

— Конечно, приглашаем, — подтвердил Денис.

— Ну все, тогда мы придем, — улыбнулся.

Юлия качнула головой.

— Ох, и хитрец…

Иван и Гергердт покинули кабинет и прошли к лифту. Гера нажал нулевой этаж, чтобы, спустившись, выйти на подземную парковку. Посмотрел в зеркальную стену на Ивана и проговорил:

— Скажи мне, что ты ешь, и я скажу, кто ты. Так ведь, мой друг?

— Угу, — неопределенно гмыкнул Иван. Сознание заволокла другая мысль, совсем не о еде. Набрал номер Алёны. Она долго не отвечала, но он не переставал звонить. Артём указал в сторону, где припарковал машину. Ваня отстал от него на шаг, слушая в трубке бесконечные гудки.

Наконец послышался запыхавшийся Алёнкин голос:

— Да, привет… только вышла из кабинета, и ты звонишь…

— На обед?

— Да какой там, вздыхать не успеваю. У меня сегодня две своих группы. И еще чужая вечером — попросили заменить. И между всем этим куча документов на обработку.

— Я заберу тебя сегодня. Ты во сколько освободишься?

Алёна шумно набрала воздух – то ли возмутиться хотела, потому что они не договаривались на сегодня о встрече, то ли подсчитывала, когда Ване лучше подъехать.

— Я детей в пять отпущу. А потом у меня бумажная волокита. Она бесконечная. Как подъедешь, позвони, я спущусь.

— Хорошо.

— У нас будет арт-терапия, я после нее буду мертвая.

— Хорошо, — улыбнулся.

Алёна рассмеялась:

— Хорошо, что я буду мертвая? Ой, Ваня, ко мне пришли, — поспешила прервать разговор. — Звони, ладно?

— Позвоню.

Иван заехал в пять вечера. Алёна только отпустила своих маленьких воспитанников; в голове еще шумели пронзительные крики и визги, и безумной рифмой крутились детские считалочки. Документы, конечно, она обработать не успела. Подумала взять их с собой, но решила не испытывать себя на прочность, все равно сил на разумные мысли не осталось.