Книга Наумовна. Начало, страница 26 – Нина Князькова

— С тобой хочу, - прохрипел он.

Аня тихо чертыхнулась. Спальня, действительно была ближе.

— Ладно, идём в кровать. Но ты будешь меня слушаться и лечиться, - поставила она условие.

Даниил промычал что-то согласное и позволил отвести себя в спальню. Девушка устроила его на подушке, накрыла одеялом и быстро сбегала в гостиную за градусником и лекарствами.

Через пять минут градусник показывал температуру тридцать девять и пять. Это было совершенно не нормально, но ртутная полоска, блестящая в свете бра, упорно настаивала на своём. Аня покосилась на часы. Шесть утра. Никуда она его сегодня утром не выгонит. Не сможет просто. Он же на ногах не стоит.

— Так, а теперь таблетки выпей, - велела она, убедившись, что он не симулирует и вполне реально болеет на всю катушку. – Это надо было себя так довести….

— Без тебя совсем плохо, - голос его был совсем сиплым.

Анна поджала губы. Какой же он…. Это он специально говорит так сейчас, а потом всё будет так же, как и раньше. Надо просто не поддаваться на его слова. Он свою работу любит, а не её. И, когда она заболела полгода назад, он этого, кажется, даже не заметил.

Даниил больше не пытался что-то говорить. Спокойно выпил лекарства, следил за каждым Аниным движением. Лишь, когда она чуть замешкалась, не решаясь лечь на свою сторону кровати, он приглашающе похлопал по одеялу. Аня почему-то подчинилась и легла рядом с ним. Даня тут же сполз вниз по подушке, повернул голову и потерся щекой о её плечо.

— Как я соскучился, - пробормотал едва слышно и закрыл глаза.

Аня еще долго не могла уснуть, просто поражаясь тому, как рядом с ним ей вдруг стало спокойно. Она только сейчас поняла, что все эти два месяца жила в диком внутреннем напряжении. Без него. Без ощущения, что он рядом. Оказывается, она всё это время сильно переживала за него. И за себя тоже. Боялась, что никогда не сможет отпустить и в какой-то момент сорвётся к нему сама.

— Это ничего не значит, - прошептала она, глядя на то, как Даниил сладко спит рядом.

Если бы она сама в это верила, то ей было бы намного легче.

Наумовна высыпала конфеты в хрустальную вазочку и покосилась на Макаровну, заявившуюся к ней ни свет ни заря.

— Петька с утра пораньше отчитал, - проворчала старушка, едва вошла в квартиру. – Твой Мишка позвонил и наябедничал на нас. И в кого он у тебя такой?

— В деда. Тот тоже всё время мир спасать пытался, - отмахнулась Наумовна и отправилась ставить чайник.

— А ещё он сказал, что Мишка ночью каких-то больных мужиков из-за тебя таскал. Рассказывай быстрее, - Марька уселась за стол и потёрла озябшие руки. Агриппина хмыкнула и быстро объяснила, что вчера произошло. Макаровна нахмурилась. – То есть ты без меня начала работать свахой?

Наумовна непонимающе уставилась на подругу.

— Ты чего? Какая сваха? Я же просто помогла мужику. Да и правильнее это, болеть надо рядом с женой, - отмахнулась она.

— Ты не понимаешь, что ли? Ты же снова их свела! И без меня, - Макаровна обиженно скривилась.

— Так мне надо было тебя что ли позвать сначала? Мужик бы там на скамейке и помер, - парировала Шмелёва. – Нет уж, увидела нуждающегося человека, добро надо делать сразу.

— Ага, а потом догнать и ещё раз сделать, - проворчала Марька, потянувшись за конфетой. – Ну почему мне все время люди в беде не попадаются? Что же это такое-то?