Книга Последняя надежда, страница 30 – Нина Князькова

— Вертолетом не получится, у нас нет безопасной вертолетной площадки. И вообще, сейчас для пострадавшей, чем меньше движений, тем лучше. Вы ее после окончания в хороший лечебный санаторий свозите. Так правильнее будет. – Посоветовал доктор.

Я кивнул.

— К ней можно? – Хотелось бы убедиться, что с ней все в порядке.

— Она все равно сейчас спит…

— Мне все равно. – Начал заводиться.

Врач помялся.

— Понимаете, у нас реанимация выглядит не лучшим образом и нуждается в ремонте.

— Мне все равно. – Повторил упрямо.

Врач сдался.

— Переоденьтесь в стерильный комплект одежды, который можно купить у нас в аптеке, и проходите. – Он вздохнул. – Только ведите себя тише.

Корсаров тут же подорвался и побежал в аптеку. Анжелика, подхватила Анну Николаевну за руку и потянула на выход. Мама решила их отвезти. Лишь после этого я задумался о том, что никто не позвонил Надиным родителям. В больнице находились лишь друзья и… я. Ну и ладно, у меня и номера их нет. Анжелика позвонит, если посчитает нужным.

Через десять минут я, облаченный в тонкий синий медицинский костюм, входил в палату реанимации. Мда, ремонт здесь точно не помешает. Стены обшарпаны, кровати еще советские, с щитами под матрацем. Приборы допотопные, провода которых обмотаны изолентой. Надо хоть какой-то будет ремонт здесь сделать, если я в этой деревне жить собираюсь.

Надя лежала на кровати, щит которой был чуть приподнят к изголовью. Голова замотана бинтами, под глазами синяки, кожа белая, с легкой синевой, во рту трубка. Сжал руки в кулаки.

Рядом оживилась медсестра.

— Ох, жалко как. Молоденькая девчушка совсем. Хорошо, что Николай Ефремович у нас с золотыми руками…

— Выйдите. – Прошипел тихо.

— Но как же… – Попыталась возразить она.

— Выйдите! – Сказал уже громче.

Как ни странно, женщина послушалась и прикрыла за собой дверь. Я поежился от сквозняка, гуляющего по палате. Ну, уж нет, Надя в таких условиях лечиться не будет. Набрал сообщения Дюхе, Темычу и Корсарову. Пусть завтра будет готова нормальная палата.

Затем, все-таки собрался с силами и подошел к кровати. К горлу подступила неприятная горечь. Я не привык видеть Надю такой беспомощной. Она всегда боролась, она всегда старалась быть сильной, по крайней мере, при мне. Присел у кровати на корточки.

— Блин, Надька. Добегались. – Вынес вердикт. – Все хватит, теперь вообще тебя из поля зрения не выпущу.

О неизлечимых последствиях сегодняшней травмы думать мне не хотелось. Да и черт с ними. Она мне любая нужна. И вновь сей факт дошел до меня лишь сейчас. Что я там раньше вещал о расплывшейся фигуре и гипотетических недостатках? Дебил. В следующий раз нужно будет самому себе врезать, чтобы чушь не нес.

Надя размеренно дышала, укрытая по горло тяжелым ватным одеялом. То есть, и терморегулирующих покрывал у них здесь не водится? Ну да, можно было это и раньше предположить. До того, как мы начали строить коттеджный поселок, больница готовилась к закрытию и денег на нее уже давно не выделяли. Сейчас же начался приток людей в деревню, и деньги на содержание вновь начали выделять. Копейки, конечно. А ремонт надо бы здесь сделать. Анжелику подрядить нужно, она сможет раскрутить областное здравоохранение на нужные манипуляции.

Просунул руку под одеяло и нащупал прохладное Надино запястье. Сжал немного, пытаясь добиться хоть какой-то реакции. Чего ждал непонятно. Наверное, стандартного поведения, при моем прикосновении к ней. Чтобы она подскочила, и начала на меня кричать. Как бы я обрадовался этому сегодня. Естественно, ничего подобного не произошло.