Книга Последняя надежда, страница 47 – Нина Князькова

Когда я вернулся на кухню, тарелка с дымящимися пельменями ждала меня на краю стола. Мама с Надей уже долепили последнюю партию.

— Ну вот. – Родительница запихала все в морозилку. – Теперь будет что быстро сготовить.

— А вы не голодные? – Спросил их, сглатывая слюну.

— Нет. Мы час назад еще поужинали. Никак тебя дождаться не могли.

Я кивнул и сел за стол. Схватил вилку и принялся запихивать в себя горячие кругляшики.

— Не торопись. Никто не отбирает. Как с голодного края прибыл. – Фыркнула мама.

— Я сегодня еще не ел. – Сообщил в перерывах между навильниками. Обе женщины неодобрительно на меня посмотрели. – Некогда было. – Оправдался.

Взгляды стали еще более неодобрительными.

— Гастрит, язва, геморрой. – Надя скривилась.

— Угу. – Кивнул. – Подруге это своей скажи. Это она нам веселую жизнь устроила. – Я задумался. – Хотя, нет. Завтра сам все выскажу.

— Лике нельзя нервничать. – Напомнила мама.

— Мам, ты ее хоть когда-нибудь нервничающей видела? – Хмыкнул. – Она остальным нервы делает, а сама, как ледокол. Прет, куда не надо.

— Дурак ты, Догилев. – Неожиданно высказалась Надя.

— Согласна. – Поддержала ее мама.

Быстро же они спелись. Поужинав, отнес Надю в ванную, затем в спальню. Сегодня (к моему сожалению) она не стала купаться, а просто умылась на ночь. Заставил ее выпить нужные таблетки и тоже стал готовиться ко сну.

— Что ты делаешь? – Надя испуганно смотрела на меня, плотнее укутавшись в одеяло.

Я отбросил снятую футболку на стул.

— Спать ложусь. – Улегся на кровать и попытался отобрать одеяло.

— Здесь? – Почти истерично спросила она.

— Да. – Кивнул, отвоевав небольшой кусочек. – Не бойся, приставать не буду. – Зевнул. – Я сегодня недееспособен.

Лег на бок и принялся, как и вчера, рассматривать ее. Надя возмущенно поджала губы. У нее вообще мимика богатая, так что ее настроение для меня почти никогда секретом не являлось. В отличие от мыслей.

— Тебе стрижка нужна. – Вдруг вспомнил. Девушка как-то странно нахмурилась и фыркнула. – Что?

Она посмотрела на меня, как на идиота.

— Ты знаешь, почему девушки в деревне, в большинстве своем, ходят с длинными волосами? – Задала она неожиданный вопрос.

Мозг мой был далек от идеального функционирования, поэтому я честно признался.

— Нет.

Надя раздраженно выдохнула.

— Потому что у нас на всю деревню один парикмахер, и тот стрижет только обросших мужиков под машинку. – Объяснила она.

Ага, то есть тут без вариантов.

— Тогда из города выпишем. – Я блаженно закрыл глаза и мигом уснул.

Надежда

В целом день прошел неплохо. Мы пообщались с Александрой Алексеевной. Она даже допустила меня к кой-какой работе. Так как читать мне было еще трудно, то я чаще всего просто скрашивала этот день разговорами. Еще мама Виталика поучила меня вязать, правда, я только спицы научилась держать. Почему-то пальцы, хорошо привыкшие к ручке, очень плохо слушались, когда в них попали две тонкие острые палочки.

Вечером, когда пришел Догилев, я даже обрадовалась на пару секунд. Ровно до тех пор, пока он не принялся нас вычитывать. Ну что за мужчина? И сейчас, вон, улегся на кровати рядом со мной и просто уснул. Хотя перед этим высказался по поводу моих обкорнанных волос.

Конечно, у него до меня, наверняка были очень ухоженные девушки. Есть же те, которые постоянно макияж накладывают, процедуры полезные проходят, массажи там всякие. Только, причем здесь я? Чего он ко мне пристал? Чего я сама от него жду? У него же есть с чем сравнивать и не в мою пользу.