Книга Верное средство, страница 66 – Нина Князькова

Я повернула голову и через плечо посмотрела на мирно спящего Карапетова, уткнувшегося носом в мое плечо. Так, как он лежал поверх одеяла, то я смущенно отвела глаза. Это еще хорошо, что он свою ногу на мою положил, потому что многое от меня просто было скрыто. Но это не отменяло того факта, что спящий в моей кровати директор был совершенно голым.

Я снова покосилась на свою грудь. Нет, если бы ночью меня домогались, то я бы точно проснулась. Да и трусы на мне присутствовали, так что с Фомой Измаиловичем у меня совершенно ничего ночью не было. А вот с какой стати он спит в моей кровати и лапает меня, надо бы спросить.

Я попыталась отодвинуться, но рука на моей груди тут же напряглась и чуть сжалась. Ох! Я замерла и постаралась не дышать. На самом деле, было бы враньем сказать, что Карапетов меня никак не волнует. Да за последние пару недель… я даже смотреть на него нормально не могла. Теперь-то было совершенно очевидно, что он подрос, сильнее раздался в плечах и получил фигуру Аполлона. Когда на днях я увидела его без футболки в спортзале (да, я подглядывала), то весь вечер в волнении просидела в своей комнате, стараясь справиться с собой. И ладно бы изменилось лишь одно тело. Так нет же, его лицо стало выглядеть, как с обложки какого-то романтического романа. И широкая фактурная челюсть, и чуть впалые щеки, и брови – мечта стилиста… От прошлого Карапетова остались только губы и взгляд. Но как же этот самый взгляд меня стал волновать! Да что там, мне уже казалось, что это не он выпил то приворотное зелье, а я.

Решив, что терять мне нечего, а если так пойдет, то я сама на этого мужчину наброшусь, я негромко позвала.

— Фома Измаилович, – получилось как-то сипло.

Мужчина, лежащий рядом, улыбнулся, потерся носом о мое плечо и только после этого открыл глаза. Видимо вид у меня был достаточно офонаревший, потому что он около дух секунд вглядывался в мое лицо, затем перевел взгляд на свою руку. Так же неспеша он убрал руку с моей груди и нахмурился.

— Простите, – если я думала, что это у меня голос сиплый, то я сильно ошибалась. От его хрипа даже у меня в горле запершило.

— Что вы тут делаете? – Спросила возмущенно.

Директор приподнялся на локте и осмотрел комнату.

— Наверное, я пришел к вам ночью, – неуверенно ответил он и мне стало нехорошо.

— Вы – лунатик? – Это же они по ночам ходят.

— Нет, – он сел на кровати и уставился на свое… свое… эмм… достоинство, которое всячески демонстрировало то, насколько такое пробуждение для него радостное. – Простите, – он мгновенно слез с кровати, подобрал лежащее на полу полотенце и закрепил его на поясе, дав возможность лишь на секунду оценить его крепкую пятую точку.

Вдруг я кое-что вспомнила.

— У вас так же, как у Лохматова, да? Арина что-то такое говорила, что Клима к ней по ночам так тянуло, что он к ней через окно забирался, – обрадовалась я.

— Да, – несчастно кивнул Карапетов, повернувшись ко мне лицом.

Мне стало не по себе. Мало того, что опоила мужика, так еще и против своей воли он теперь должен ко мне по ночам ходить. Ужас! Как-то безобразно все получилось… И чем я только думала? Теперь и я мучаюсь, и он тоже. Эх, если бы все между нами развивалось гармонично, то я никогда в жизни бы от такого мужчины не отказалась. А теперь меня постоянно грызет чувство вины. Теперь еще и за то, что я его захотела, как мужчину. Это было плохо. Очень плохо!