Книга Верное средство, страница 75 – Нина Князькова

Я попыталась сесть. К моему удивлению, мне это весьма легко удалось сделать. Голова гудела, но виски не ломило и сдохнуть не хотелось. А вот в банальный туалет хотелось, и сильно. Поэтому я, стараясь не делать резких движений, слезла с кровати и отправилась в уборную. Лишь сидя на унитазе, поняла, что одета в свою любимую длинную футболку. Надеюсь, что меня Ладан переодевал, а не директор.

— Доброе утро, – услышала я, выйдя из санузла. Карапетов стоял у дверей и укоризненно смотрел на меня.

— Доброе, – пробормотала и вдруг кое-что поняла. – Ой, на работу, наверное, уже пора, – спохватилась.

— Не пора, – покачал он головой. – Сейчас уже шесть вечера, так что на работу нам предстоит пойти лишь завтра.

О, Господи! Я столько времени проспала? Я протопала в сторону кровати, села, прикрыла ноги одеялом и обреченно сказала:

— Я завтра заявление на увольнение напишу.

Фома Измаилович удивленно посмотрел на меня.

— Зачем? – Спросил он так, как будто действительно не понимал.

— Ну, как…? – Я немного растерялась. – Я же по неуважительной причине рабочий день пропустила. Еще и напилась вчера… Кстати, как вы меня в том баре нашли? – Появился у меня новый вопрос.

— На каждой машине в Мае и Березкино установлены маячки. Это не блажь, а необходимость в нашем случае. Мало ли что бывает, – он подошел к кровати и сел рядом со мной. – А по поводу работы… Я сегодня ее тоже пропустил.

— Вы же не пили, – прищурилась я.

— Не пил, – согласился он.

Я растерянно покрутила браслет на запястье. Ох, я же вчера брата встретила! И он мне визитку оставил. И… я заставила Карапетова целовать меня.

— Ой, – я сильно покраснела. – Извините меня, пожалуйста, за мое вчерашнее поведение. Такое больше не повториться. И мне, правда, лучше уволиться…

— Нет, – как-то слишком резко отрезал он.

Я замолчала и уставилась на свои руки, чтобы не смотреть на поднявшегося на ноги мужчину. Он же так футболку и не надел, а мне уже плохо от одного его безупречного вида. Разве можно так надо мной издеваться?

— Что это? – Я хлопала ресницами и смотрела на свои руки. И глазам своим не верила. Это что? – Эмм, Фома Измаилович, вы не знаете, откуда у меня на руках кольца? – Все же подняла я голову.

— Знаю, – его взгляд потяжелел.

Вот только что-то объяснять он не спешил. Ну не ограбила же я кого-то, в самом деле? Или могла? Я же ничего почти не помню. Только как в какой-от машине ехали и… целовались… Бли-ин! Захотелось спрятать лицо в ладонях от стыда. И если бы на моих пальцах сейчас не красовались два кольца (тоненький золотой ободок на безымянном пальце правой руки и что-то похожее на перстень с большим изумрудом на левой), то я бы так и сделала. Но сейчас важнее было узнать другое.

— И откуда же? – Я попыталась справиться со своими эмоциями, но что-то мне подсказывало, что я еще не весь спектр эмоций испытала.

— Это я надел, – Карапетов откровенно набычился и поджал губы.

Теперь мне стало совсем нехорошо.

— Зачем? – Спросила дрогнувшим голосом.

Мужчина отошел к окну и выдохнул.

— Так положено, – рыкнул он недовольно.

— Кому положено? – Не поняла я и пошевелила пальцами, пытаясь поймать какую-то очень для меня важную, но ускользающую мысль.

— Мужу. Мужу положено надевать жене на пальцы кольца, – он резко развернулся ко мне и запустил пятерню в свои и так растрепанные волосы.