Книга Планета мужчин или Пенсионерки на выданье, страница 41 – Нина Князькова

Крупные слезы хлынули мокрым потоком по щекам, пачкая солеными дорожками зеленую кожу груди Ама. Всхлипы перешли в тихие завывания, прерываемые шмыганьем забившегося носа, которым я возюкала по ярким шрамам. Плакала я со вкусом, выплескивая все свое эмоциональное напряжение, скопившееся за последние дни, которое оказалось неслабым.

В какой-то момент поняла, что все, слез больше нет. И вообще, реветь уже не хочется совсем. Только страшно голову поднять, и посмотреть на мужа, руки которого слегка баюкали меня. Видимо, сильно мужика напугала, раз он забыл о своей природной скромности и принялся меня укачивать. Ё-мое, я же страшная теперь, после такой качественной истерики.

— Прости. — Пролепетала, тяжело вздохнув, и, отстранившись, сползла с его колен.

Отвернулась, чтобы он не видел моего покрасневшего зареванного лица, и потопала к реке. Хорошо, что на этой стороне берег ее оказался пологим. Быстро умылась ледяной чистой водой, и сразу почувствовала себя лучше. Оторвала от бывшего подола тряпочку, намочила ее и отправилась оттирать мужа от своих соплей. Тот все еще сидел на земле и потерянно смотрел на меня.

— Извини. — Хрипло сказала я. После такого количества слез, голос просто сел. — Я не думала, что так сорвусь.

Мурка стоящая неподалеку стыдливо прикрыла морду лапами. Я опустилась перед Амом на колени и принялась водить по располосованной мокрой груди влажной тряпочкой. Сверху послышался судорожный вздох.

— Снова зверь? — Тут же отдернула свою руку от его тела, боясь спровоцировать обращение.

Он покачал головой.

— Нет. Я оказался плохим мужем, и ты не захочешь быть со мной. — Завел он старую пластинку. — Я должен был предусмотреть, что ты испугаешься….

Его голос затих, потому что мне уже надоело это постоянное самобичевание, и я, выбросив тряпку, обхватила его лицо своими руками.

— Ам, послушай. Если ты не начнешь убивать моих подруг, или изменять мне с ними, то я никогда тебя не брошу. Слышишь? Что бы ни случилось. Я сама тебя выбрала, и я теперь от тебя не отстану. — Интересно, он побледнел от моих предположений или перспектив?

— Но я никогда…. Я всегда…. Ты…. Как такое подумать можно? — Вырвалось у него.

Ну, слава противотанковым ежам, хоть прекратил убиваться по несуществующему поводу. Я радостно прервала его тем, что вплотную приблизила свое лицо к его, и со всей своей нерастраченной нежностью поцеловала травмированную щеку, мягко касаясь огрубевшей кожи губами. Ну вот, рядом со мной опять образовался памятник. Только теперь посеревший. На зеленой коже выступила шерсть, и цвет глаз начал меняться.

— Стоп. — Скомандовала я. — А обедать мы сегодня будем?

Муж замер на середине оборота, недоуменно на меня взглянул и принял свой прежний облик. Все, я поняла, как сдержать зверя. Необходимо просто его сбить с толку, а это как раз то, что я умею лучше всего. Не зря же мой аналитический отдел был лучшим в городе.

Ам, осознав мой вопрос, заторможено кивнул, поднялся на ноги и нетвердой походкой скрылся за деревьями.

— Теперь ты! — Я повернулась к пристыженной Мурке. — Никогда. Слышишь? Никогда больше без предупреждения не взлетай со мной на спине, только если мне не угрожает опасность. А если бы я со страху разжала руки? Если бы упала с этой бешенной высоты?