Книга Гарантия на жизнь, страница 24 – Нина Князькова

— Анатолий Григорьевич, можно вас на минутку? — Я поманила шефа в свой кабинет и тот, бросив тяжелый взгляд на Солоницына, отправился за мной. — Эмм, что вы хотите делать с ним дальше? — Я уперла руки в бока.

— Надо будет его рассчитать и уволить, — пожал он плечами.

Я покачала головой.

— Надо вызвать участкового, — предложила. — Я уверена, что он не один тут такой, а потому надо бы с ним предметно поговорить на этот счет.

— Бесполезно, — шеф даже слушать мои размышления не стал. — Сейчас участковым тут работает его отец, и никто разбираться ни в чем не будет.

Я приподняла брови. Мда, как-то я не учла такую реальность происходящего в поселке.

— Но допросить его надо, — уперла я руки в бока.

— Надо. Но как? — Никульчин нахмурился.

Я только хмыкнула и взялась за телефон.

— Старший брат моей подруги работает в одном управлении, так что сейчас все организуем, — пояснила я, выискивая нужный мне номер.

Две спец машины подъехали к зданию уже через сорок минут. Все это время Игорёк удерживал Солоницына в кабинете шефа, хотя тот так и норовил куда-нибудь сбежать. Я вообще подумала, что он в окно выпрыгнет, когда послышались сирены.

За последующий месяц мы нашли еще семерых нечистых на руку сотрудников. В этом деле очень полезной оказалась Анна Николаевна, которая знала всех и вся и быстро набрасывала возможные цепочки взаимодействия воришек, ведь все сплетни и слухи в поселке каким-то образом стекались именно к ней.

А еще я побывала-таки в столовой, где попробовала то, чем кормят местных работяг и скривилась. Кормили здесь настолько… невкусно, что я поняла отчего моя соседка встает в несусветную рань, чтобы собрать мужу судочки с едой на работу. Пришлось заняться и этим вопросом. Для этого я поговорила с Аней, что владела «Ридикюлем» и узнала, что у них уволилась повариха, которой не подходил график работы в вечернее и ночное время. Ей бы вечером с внуками водиться, а не в ресторане возиться с едой. Повариху мне пришлось посетить лично, так как на незнакомые номера она не отвечала (дети запретили) и переговорила с ней. Женщина, подумав, согласилась у нас работать за ту же зарплату, что и в ресторане.

В общем, месяц выдался насыщенным и продуктивным. Анатолий Григорьевич приглашал меня еще пару раз отужинать, но дальше этого не заходил, хоть определенные знаки внимания и проявлял. Я же старалась не реагировать, мило улыбалась и была доброжелательна. Не зря я столько лет в «мужском» бизнесе провела, отшивать я умею мягко и безболезненно, сохраняя видимость доброжелательности.

А вот поведение Дэна меня беспокоило больше. Он вдруг решил, что я — вовсе неплохая партия для его отца. Это я поняла не сразу, а только тогда, когда парень сначала пригласил меня к ним в гости (я отказалась), и потом притащил свою десятилетнюю сестру, чтобы познакомить нас. Тогда-то я и догадалась, что это немного ненормально. Нет, я его пару раз по трассе на «Нюсе» покатала и печенье ему и шефу иногда заносила, потому что кто-то банально забывал пообедать, но такой реакции точно не ожидала. Пришлось разговаривать с мальчиком напрямую.

— А папа вам совсем не нравится? — Глянув исподлобья спросил он.

— Нравится, — ответила честно. Я вообще люблю увлеченных людей, а шеф по отношению к растущим на его земле растениям таким и оказался. — Но для отношений этого мало. Тем более, что я не ищу себе мужчину здесь. Я просто работаю.