Книга Гарантия на жизнь, страница 88 – Нина Князькова

— Это что? — Шепотом спросила меня свекровь, когда я отвела ее на кухню.

— Это бабушка, — я извиняюще улыбнулась.

— Хорошо, что ты на нее не похожа, — выдохнула женщина и намахнула рюмку коньяка, который ей предусмотрительно налил Толя.

А утром мы, оставив детей на ответственных бабушек, а компанию на оболтуса брата, улетели к морю. Вдвоем. Мы, не смотря на увещевания Ваньки, не взяли с собой даже Асю, с которой я смогла свыкнуться до такой степени, что практически не замечала ее.

— Давно не была на море? — Спросил муж, когда мы вышли из аэропорта и я с блаженным видом начала жадно вдыхать просоленный морской воздух.

— Четыре года, — выдохнула. — Мне нельзя было во время лечения, — пояснила.

— Понимаю, — он притянул меня к себе и поискал глазами машину, приготовленную для нас.

Дом бабули находился почти на берегу. От крыльца было всего-ничего до песчаной косы, где сейчас отдыхали люди. Но еще лучше было то, что с веранды дома было видно море. Живое, настоящее. На этой веранде мы и расположились по приезду, устроившись на уютном диванчике в обнимку. Там и уснули под шелест волн.

На этой веранде мы и прожили всю неделю. Иногда выбирались в город, чтобы прогуляться, но мы как-то все время быстро возвращались в дом, где и устраивались на этой самой веранде, поедая местные фрукты и сыры.

На седьмой день мы вернулись домой. Отдохнувшие, посвежевшие и счастливые. Даже неловко было, так как у нас с Никульчиным вообще-то дети были без нашего присмотра, так что радоваться жизни нам не полагалось.

По возвращении в аэропорту нас встречали Ася и Игнатов. Мрачные и раздраженные, несмотря на обеденное время.

— Что случилось? — Первым делом поинтересовалась я.

— Ничего, — буркнула Ася и поморщилась.

— Что-то с детьми? — Начала я нервничать.

— Тина Михайловна, — возмутилась девушка. — Не накручивайте себя. С детьми все хорошо. Это с их бабушками не все в порядке, — проворчала она недовольно.

— Что они натворили? — Напрягся мой муж.

Ася передернула плечами и открыла багажник машины, чтобы Игнатов забросил туда наши вещи.

— Пусть сами рассказывают, — уклончиво ответила она.

— Так, — Никульчин теперь пристально посмотрел на Игнатова. — А с «Топинамбуром» что не так?

Александр вздохнул.

— Иван Михайлович слишком… деятельный, — у мужчины щека дернулась.

Я тихо хмыкнула, зная брата. Скорее всего, нас в компании встретят с неимоверным облегчением, потому что уж я-то знаю, насколько мои родственники могут быть невыносимыми.

— Заедем сначала в офис? — Толя, кажется, тоже начал понимать весь масштаб трагедии.

— Конечно, — поддержала я его.

Игнатов с облегчением выдохнул, показывая, насколько он рад нашему возвращению.

На парковке «Топинамбура» не оказалось ни одной живой души, что настораживало. Обычно на крыльце хоть кто-то есть, а тут будто вымерли все. Мы с Анатолием переглянулись и выбрались из машины.

— Ну, слава богу! — Дверь здания открылась и к нам выбежала Анна Николаевна. — Приехали! — Крикнула она кому-то позади себя и принялась спускаться вниз.

На крыльцо вышел Игорек, а я тут же оказалась в крепких объятиях бывшей соседки.

— Ну, как тут у вас? — Толя мягко отстранил от меня Анну Николаевну и вопросительно посмотрел на завхоза.

— Ванька тут сейчас? — Задала я еще один вопрос, который казался мне более важным.